Осознанный выбор

А такие события надо планировать! Если мы рассчитывать будущие события достоверно не научимся, то скоро останутся на шарике одни кретины пробирочные, да секретные кладбища модулей…

– Что-то ты уж больно мрачно рисуешь, – сказал Виталий и повертел головой, официант тут же появился с новой кружкой. – Чем тебе этот вот, – кивнул он на отошедшего официанта, – не нравится? Смотри, какой он ловкий. И дело свое знает, наверняка. Моргнуть не успеешь, а он уже тут как тут. И на кретина совсем не похож, зря ты модификантов обижаешь.

– Вот это меня и бесит. Не то, что выглядят они как все, хотя лучше было бы им иметь какое-то заметное отличие… Скоро кроме таких вот симпатичных, услужливых и работящих, настоящих людей на земле не останется.

– А зачем они тебе? Только проблемы создавать будут, настоящие-то люди. С ними ведь тяжело: каждый чего-то хочет, каждому хочется жить хорошо, не довольствуясь тем, что имеется. Это я тебе как знаток говорю. Нет, с этими симпатичными кло… ребятами гораздо спокойнее, никаких тебе лишних проблем.

Задал режим работы, обеспечил необходимым и отдыхай, пока он работает. А то, что он инициативу не проявляет и к размножению не способен, так это даже хорошо: кончился срок, так сказать, эксплуатации – заказал нового, а отработавшего – на утилизацию.

Григорий хотел было возмутиться таким цинизмом, но вовремя заметил усмешку на лице друга и погрозил пальцем. Он ведь серьезно говорил, не до шуток сейчас.

– Ты это брось, – подался он вперед.

 – Надо все это непотребство запретить. Дураки мы, что на поводу ученых пошли, позволили политикам продажным узаконить производство этих гомункулюсов.

– О чем спор, господа? – на плечо вздрогнувшего Григория легла загорелая рука. Виталий потянулся здороваться с Тимофеем через стол.

– Молодец, вовремя. Мы тут мировые проблемы решаем, а тебя нет.

– Куда ты провалился? – недовольно спросил Григорий. – Вечно ты опаздываешь, мог бы и позвонить.

– Извините, ребята, едва пробился через пробки.

Две кучи-малы на набережной, пришлось огородами обходить, час и пропал. – Тимофей, загорелый, бодрый и улыбчивый, жадно выпил бокал выдохшейся минералки и окинул друзей насмешливым взглядом. – Как я понимаю, собрались мы сегодня не просто так. Что-то Григорий задумал, чует мое сердце.

– Ты давай, поешь чего-нибудь, – буркнул Григорий, когда Тимофей сел за стол, весело оглядывая тарелки и потирая руки. – Я только начал, сейчас и ты всё узнаешь.