Карим Хакимов: летопись жизни

Таких было в регионе всего два – двенадцатилетняя «Хусайния» (или «Гусмания») в Оренбурге и престижная шестилетка «Галия» в Уфе. Их открыли на волне новой национальной политики царского самодержавия, которое после революции 1905 года вынуждено было «отпустить вожжи» и дать возможность создать национальные школы. Основное содержание образовательного процесса в них вдохновлялось идеями видного исламского просветителя, основоположника идей джадидизма (обновленчества светского характера в исламе) и пантюркизма в России, журналиста Исмаил-бея Гаспринского (1851–1914), наследие которого продолжает оставаться актуальным вплоть до наших дней.

В 1881 году Исмаил-бей Гаспринский, живший и творивший, кстати говоря, в Крыму, опубликовал свое сочинение «Русское мусульманство. Мысли, заметки и наблюдения». Он призывал в нем власти империи уделять больше внимания сближению русских и русских мусульман. Наилучшим средством для этого он считал развитие просвещения для правоверных на родном языке. «Русское мусульманство не сознает, не чувствует интересов русского отечества, – писал Гаспринский, – ему почти неведомы его горе и радости, ему непонятны русские общегосударственные стремления, идеи.

Незнание русской речи изолирует его от русской мысли и литературы, не говоря уже о полнейшей изолированности в отношении общечеловеческой культуры…»

Царизм, несмотря на понимание панисламской и пантюркистской подоплеки джадидизма, нацеленного на формирование новой идентичности, все же допускал на основе идей Н.

И. Ильминского (и отчасти Исмаил-бея Гаспринского) внедрение его просветительских новаций в образование в «исламских» районах Российской империи еще и потому, что страна во второй половине XIX века расширялась в основном за счет присоединения земель с мусульманским населением (Хивинское царство, Бухарский эмират, Кокандское царство), и джадидизм с его просветительством, совпавшим по времени с капиталистической модернизацией России, которая требовала новых кадров со знанием светских наук, представлялся тогда куда меньшим злом, чем сохранение преподавания «чистого ислама».

И вот молодой мусульманин выбирает уфимскую «Галия» – возможно, лучшее детище джадидизма. Резонов это сделать у него было много. Во-первых, Оренбург его, как мы уже это показали, встретил неприветливо, жизнь там была скудная. Обратно туда Кариму явно не хотелось, да и вообще он был горазд до новых впечатлений, не любил задерживаться на одном месте.