Карим Хакимов: летопись жизни

При этом нельзя сказать, что правительство «Малой Башкирии» и сам Ахмет-Заки не предпринимали попыток договориться с советской властью, в том числе и в Оренбурге. Однако первая попытка, как мы видели, закончилась арестом членов правительства «Малой Башкирии», которые тогда избрали своей временной столицей Оренбург. Участники тех событий потом во всем винили «засевших в органах советской власти татар», которые, мол, и не хотели договариваться. Но во многом, думается, это определялось не этнической принадлежностью членов Оренбургского военно-революционного комитета (среди российских историков многие их привычно именуют «татарскими националистами»), но общей ориентацией тогда оренбургских коммунистов на социальные, а не национальные аспекты революции, которые в большевистских верхах педалировали Л.

Д. Троцкий, Н.И. Бухарин и Г.Л. Пятаков. В.И. Ленин и И.В. Сталин действовали в тот момент во многом на ощупь, пытаясь найти союзников на востоке России среди религиозных и национальных меньшинств. Да и вообще с точки зрения политической практики трудно себе представить сосуществование в одном городе в одно и то же время двух центров власти. Два медведя в одной берлоге…

На тот период большевистские вожди в Москве решали триединую задачу: сохранить власть Советов, обеспечить поддержку своим преобразованиям со стороны мусульманских народов России и использовать восток России, прежде всего Оренбургскую губернию, как плацдарм для распространения революционных движений на Туркестан и далее на Персию, Афганистан и арабский Восток.

Тем более что надежды на пролетарские революции в Европе не оправдывались. Особую актуальность эти лозунги обрели несколько позднее, с лета 1919 года.

В этом контексте политические реалии того времени требовали порой от Ахмета-Заки и других членов его правительства принятия решений, продиктованных изменениями в общей ситуации. Как вскоре после образования «Малой Башкирии» понял А.-З. Валиди, цели белочехов были явно чужды ее сторонникам, союз с ними выглядел все более противоестественным, КОМУЧ требовал отказаться от поддержки Брестского мира, а военная диктатура Колчака вообще была категорически против реализации каких-либо национальных чаяний не только башкир, но и всех других национальных меньшинств в России.

Адмирал Колчак, возглавлявший Белую армию, установил контроль над территориями и приказал «уничтожить территориальную автономию и распустить военное формирование башкир»[63 - Renault Matthieu. “L'empire de la revolution”.