Трэшачок. Сборник рассказов

И все время поглядывал на бумажку в руках, боясь, что она изменится и станет просто бумажкой, которой можно только вытереть зад.

За секунду до того, как передать чек девушке, он еще раз взглянул на нее.

«Все в порядке, – подумал он, – я выиграл, выиграл, мать твою, слышишь меня!»

Но девушка за стойкой не слышала мыслей. Она выжидающе смотрела на него и протягивала руку.

– Ну что у вас там? – спросила она.

Он передал квитанцию.

«А вдруг она ее порвет прямо при мне и скажет, что ничего не видела? А этот здоровяк подтвердит.

Есть тут камеры? Где камеры?»

– А вы ведь против наших ставили? – спросила девушка у Миши, разглядывая квитанцию.

– Да с чего это? – сделал он возмущенный вид. – Посмотри на мою футболку, красавица, видишь? Россия! Это моя команда, я всегда болею за них.

Она посмотрела на Мишу, на грязную футболку, потом на листочек в руках, потом на амбала за спиной.

– Че, думаете, я этот чек сам сделал?

– Сейчас разберемся, – сказал здоровяк.

Они рассмотрели чек под специальной лампой.

– Нет, все в порядке, – сказал девушка, – выдайте ему.

Амбал кивнул:

– Иди за мной. Мы здесь такие деньги не выдаем.

Миша выпрямил спину и с выпяченной грудью миллионера из трущоб поперся за здоровяком. После Миши в очереди еще стояли несколько человек.

Пока он следовал за качком в служебное помещение, то пытался высчитать сумму, которая ожидала в спрятанном от посторонних глаз сейфе. Он мысленно увидел огромный металлический шкаф за картиной, как в классических фильмах о миллионерах.

Амбал введет пароль на крутящейся штуке, потом откроет дверь и отсчитает приличную сумму. Сколько ему полагается? Если он сделал ставку в пятьдесят восемь тысяч (О, боже мой! О, боже! Вот это счастье! Да как так? Неужели он заслужил? О, господи!), а коэффициент был один к тридцати двум, значит, надо пятьдесят восемь тысяч умножить на тридцать два. С математикой у Миши дружба не складывалась, хотя он любил считать деньги. Миша любил высчитывать премию перед зарплатой, правда, он почти никогда не получал верные цифры, обычно он пересчитывал в свою пользу, но никогда не возмущался, когда получал меньше. Хоть и подозревал, что его обманывают. Он просто боялся показаться глупым.

В седьмом классе Галина Петровна выгнала его с алгебры, потому что Миша хихикал, зарисовывая в учебнике «многочлены». Каждый член этого многочлена был напряжен, а некоторые выстреливали в глаз какой-нибудь букве или цифре.

Учитель вызвала маму в школу.