Трэшачок. Сборник рассказов

Или на нож-«бабочку».

Миша взглянул на окно. Плотные жалюзи и тонированные стекла. И решетка.

– Присядь, – сказал амбал.

Миша сел на твердый неудобный стул перед столом. До них доносились крики пьяных болельщиков из зала. Амбал достал металлический ящик с ручкой, как у чемодана, открыл его маленьким ключом, потом взял калькулятор, потыкал огромным пальцем и стал отчитывать деньги. А Миша смотрел и думал, что это сон. Это не может быть правдой. Он уснул за столом, пока смотрел игру, и это ему снится.

– Рот закрой, а то напускаешь мне слюней на стол, – сказал здоровяк, – заставлю вытирать твоей же футболкой.

Миша закрыл рот. Он считал деньги вместе с амбалом.

Пятитысячные купюры мелькали перед носом. Миша чувствовал их запах. Запах бумаги, грязи, рук миллионов людей. Запах чистящих средств, которыми отмывают деньги в банках, запах пресса, который отглаживает банкноты, запах водяных знаков и запах богатства.

У Миши чесались руки. Он видел, что на каждой бумажке нарисованы мечты.

Вот крутая тачка, вот квартира, вот блондинка в короткой юбке, которая снимает трусы. Вот костюм от Армани и крокодиловые туфли. Золотой браслет и крест размером с кулак, как у X-zibita. Да он теперь круче, чем любой репер. Круче!

Амбал закончил отсчет.

– Держи, – он придвинул деньги к Мише.

– А че так мало? Тут даже не полторашка! – спросил Миша, но в голосе не было силы, на которую он рассчитывал. Голос был жалкий и тихий.

– Какая полторашка? – спросил здоровяк.

– Полтора миллиона.

– А с чего я должен давать тебе полтора миллиона?

– Ну как… один к тридцати двум… а если посчитать… я поставил пятьдесят восемь…

– Ты о налогах слышал, сынок? – спросил здоровяк, – Ты должен тридцать процентов государству, так что вот, держи один миллион семьдесят пять тысяч. А проценты я отдам за тебя. Я тебе так даже одолжение сделаю.

– За что налог? Какой налог? Это же мой выигрыш! – удивился Миша. – Почему я должен что-то платить? Я ведь свои деньги поставил.

– Ты законы читаешь? Если нет, то это твои проблемы.

Вот, держи бабки и иди жалуйся президенту. Мне мозги не парь, понял?

– Да понял, понял, – сказал Миша. Настроение немного поблекло, но не до конца. Все же у него оставались деньги. Но обида все равно кольнула. Аж до слез.

Ладно, придется немного умерить пыл. В любом случае мне хватить открыть фирму. И послать на хрен жену.

Он начал рассовывать деньги по карманам, не замечая странный блеск в глазах амбала.