Назад в космос

Вот только кислорода из них не добудешь. Какая ирония…

– Роберт. – Я сжимаю кулаки насколько позволяют перчатки скафандра и продолжаю, не позволяя себе слишком задумываться: – Роберт, Луна обитаема.

– О да, – говорит Кларк. – Ее население, по самым оптимистическим оценкам, составляет на данный момент три человека.

– Я не об этом. Здесь есть селениты. Понимаешь? Они обитают в пустотах под поверхностью. Я встретил селенита в туннеле, где работала «Медведка».

Что я ожидаю от Кларка? Я ожидаю, что он мне не поверит.

Более того, мне даже хочется, чтобы он не поверил, но моя совесть перед человечеством будет чиста. Я не скрыл, я все рассказал. Все, что знал. Крошечную крохотку.

– Почему ты об этом рассказываешь?

– Потому что мы сейчас с тобой размонтируем наши скафандры и переставим уцелевший баллон с воздухом тебе. И ты доберешься до базы. И расскажешь о селенитах. И черт с тобой, ты можешь рассказать это не человечеству, а только и исключительно НАСА. Твое право. Я ни о чем не прошу. Просто расскажи.

– Хорошо. Я расскажу.

Вот так просто. Без возражений и великодушного спора о том, что баллон должен достаться не ему, а мне. Романтизм русских, как всегда, проиграл прагматизму американцев. Но я и не надеялся.

Я поворачиваюсь к стеллажам, ящикам, контейнерам.

– Нужно найти подходящие инструменты.

9

Только сделав несколько шагов к стеллажам, я понимаю, что Кларк не следует за мной. Я повторяю на тот случай, если он не поверил:

– Я отдам тебе свой воздух.

Ты вернешься на базу и расскажешь про селенитов. Кому хочешь и как хочешь. У нас нет времени на споры.

– Я нашел монолит, – говорит Кларк.

Плохо дело. Скорее всего у него не в порядке еще и поглотители углекислоты. Начинается бред.

– Я нашел монолит сверхцивилизации, – говорит Кларк. – Он… он полон звезд. Это даже не монолит, а портал. Проход в червоточину. Дверь к другим звездным мирам.

– Я тоже видел этот фильм. Давай работать.

– Ты не понимаешь. – Кларк шагает ко мне и хватается за плечо.

 – Я каждый день хожу на энергостанцию. Знакомая дорога. Каждый божий день – туда и сюда. Ничего интересного. Валуны. Камни. И следы в пыли. Поэтому когда первый раз увидел вспышку… я подумал, что… Сенсорное голодание. Понимаешь? Решил, что у меня глюки от сенсорной депривации. И испугался. Если бы не испугался, я бы ни за что туда не пошел. Ведь это нарушение инструкции. Запрещено покидать проложенный маршрут движения.

Его утечка серьезнее моей.