Саботажник

Интересно, а я вообще готов? Принципиально? В паладины, в крестоносцы, чтобы в одной руке Книга, а в другой меч… Мне это надо?»

И вдруг с легким благоговейным ужасом почувствовал – не надо. Все еще очень хочется, но уже совершенно не надо.

Глава третья

Бригадный храм оказался в превосходном состоянии, как новенький: камуфлированная железобетонная коробка снаружи – и очень даже приличная церковь внутри. На одной из скамеек дрых тыловой сержант. Причер тихонько к нему подкрался, набрал полную грудь воздуха и рявкнул у безобразника над ухом: «Со святыми упо-кой! Раз-два!».

Сержант мешком грохнулся на пол и изобразил позу «вспышка спереди»: тело в струнку, пятки развернуты, нос в ладони. Наверное ему приснилась ядерная бомбардировка. «Крыса тыловая, – констатировал Причер с глубоким удовлетворением. – А ну, джамп!». Тыловая крыса на удивление резво прыгнула вверх прямо из положения лежа, проорала в воздухе «двадцать один, двадцать два…» и на счет «двадцать три» выдала четкое и красивое приземление, хоть сейчас вдевай крысу в парашют – и за борт. «Здрасте, пожалуйста! – удивился Причер. – А я ведь тебя не узнал…». Сержант десять лет назад служил у Причера механиком-водителем командирского транспортера. Капитану с сержантами особо цацкаться не позволял устав, но капеллану было на это глубоко наплевать: Причер сгреб боевого товарища в охапку и чуть на радостях не задушил. «Что же ты, негодяй? Десантник – и в каптерщики подался?» – «А я теперь ограниченно годный, сэр. Компрессионка у меня» – «Зачем тогда прыгал?» – «Соскучился…» – «Ладно, признавайся, все здесь разворовали, или хоть что-то осталось?» – «Да что вы, сэр! Полный комплект. Тут и украсть-то нечего…»

Причер не глядя подмахнул бумаги и ласково, но твердо выставил сержанта за дверь. Ему не терпелось «прочувствовать» храм. Ощутить атмосферу. В каждой церкви она своя, неповторимая. Особенно это заметно в таких вот типовых «помещениях для отправления культа», внешне схожих до мельчайших подробностей.

Как тут служили, так здесь и будет. Если воистину служили, тогда в стенах «помещения» рождается аура благолепия: мягкий и уверенный покой. А если всего лишь отправляли культ… Понадобится время, чтобы эту ауру создать. Общими усилиями священника и паствы – только так, вместе, – намолить «помещение», напитать его чистой и бескорыстной любовью к Господу, которая превратит железобетонный ящик в настоящую церковь.