По обе стороны прилавка

По обе стороны прилавка

Олег Джурко

Жизнь Ярмарка веселая. Вокруг Дамы, Кавалеры и у каждого своя сторона прилавка, а я шатаюсь между ними, встрепанный противоречивыми чувствами восхищения в поисках где бы приткнуться, чтобы не затолкали…

Рай после нас. Прекрасное запустение. Разбитые амфоры пустых надежд. Пьяные обрюзгшие Ангелы. Щеголи Демоны с моноклем. Коленопреклоненная перед облезлым золоченым Зевсом рыжая ведьма вычесывает вшей. Плачущий огненными слезами Дьявол воображает, что кается перед зеленой нимфой кастальского ключа, не удостоив ее ребеночком от исчадья Ада.

Так грезит о себе разоренный цивилизацией Рай на обратной стороне ее повседневности, с ее газонами, пивными банками, асфальтовыми дорожками поросших бурьяном стадионов, окурками, фантиками малиновой карамели. Ярмарка одиночеств, ищет вчерашний день, словно он может вернуть, что когда-то не пригодилось.

Не хватает только Мессии дать новый Завет. И тогда все воспрянет, ведь нет ни начала, ни конца Всему что может и не может существовать пока жива Надежда…

Девушки второй молодости – вот мой театр комедии, драмы, трагедии.

Репертуар безграничен, и ты один в зрительном зале, то балдеешь, то дремлешь, то ржешь, то готов спалить этот театр к радости тряпичных актеров, со стульями, манекенами режиссеров. Пока я в зале, спички при мне, берегись, девушка Зара. Тебе пора поседеть и присоединиться к театру. Кресло на сцене навечно за тобой…

Ярмарка Одиночеств не кончается, – превращается в толкучку.

Все первые встречи назначаются последней, – вслепую. Потом вполглаза, и только перед лицемерием распада любви – вытаращиваешь глаза, что это было…

Жизнь – это дивные сумерки неведения ожидания.

Живем-то по кругу по одному маршруту, против воли возвращаемся туда откуда почти ушли и снова мимо… И так, пока не споткнемся. – И тог да хватаем сколько можно, что под руку подвернется… Разве можно Любовь Предсказать. Суета любви не вполне заменяет одиночество. Даже когда качество унижают количеством.

… и губы с трепетом стремятся расстаться с трезвостью досадной, – упасть в объятия алого вина, согреться и раствориться в стеклянном сердце, пока тебя не разольют в холодные бокалы…

Все что обычно пишут, чтобы поразить самостью, уже написано, но с чего-то нужно же начинать.

Любовь как незатейлива эта ложь, когда она деловитая потребность поверить хотя бы лжи.

Итальянские смышленые романтики искали Ад, из модного любопытства, в недрах земли.