С той стороны дерева

 – С пятого на десятое… А кто у вас читает Еврипида? – спросил он, в свою очередь.

– Вот он, – сказал Валерка, указывая на меня. – Спектакль будет ставить, прямо на берегу. Роли древнегреческих рабов уже отданы бичам. Я ему советую ввести роль цыгана с цепным медведем. А он говорит, в Греции не было цыган. И с медведем проблемы. Какие же проблемы? Вон в музее – хорошее чучело. Отполированный нос, глаза остекленевшие, то, что надо, полная злоба.

– Ладно, ты будешь цыганом, – согласился я, – только волосы надо будет нагуталинить.

– Я их перекрашу. Но согласен на роль Зевса. Прибывает Зевс на Байкал в командировку…

– Любопытная интерпретация, – проговорил Гена, надевая картуз. – Ну что, Зевс? Пойдем со мной, я покажу, где взять глину для замазки.

Я остался разводить огонь в нашей дефектной печке, включил «Альпинист-305», чтобы послушать новости. Смысл новостей нисколько не интересовал. Просто приятно было почувствовать пропасть пространства и времени, разделяющую нас и Москву со спящим Лениным.

– Ты знаешь, кем он был? – спросил Валерка, вернувшись с мешком, наполовину наполненным глиной.

Я смотрел на него сквозь слои дыма от печки. Валерка еще немного помолчал. Нет, в нем был какой-то природный артистизм.

– Ну, кем? – не выдержал я и закашлялся, подавившись дымом.

– Органистом, – ответил Валерка, бросая мешок возле двери. Над мешком встало облачко пыли.

– Ты не мог его там оставить?

– А замешивать на холоде, что ли, будем?.

Я кивнул: уловил. И спросил, что же он тут делает? Валерка хмыкнул и ответил, что работает пожарником. У него даже настоящая пожарная машина есть в гараже.

– Вообще-то правильно говорить: пожарный. Они это не любят, когда «пожарник».

– Ладно, грамотей, это у Еврипида так не говорили, а у нас говорят. Ну, ты переварил?

– Ну… да, странно.

– Нет, прикинь. Таллин и… эта дыра. Орган и пожарная машина.

Я возразил, что здесь совсем не дыра, какого черта, это Байкал, сибирское море, а может, зарождающийся океан.

– Да прекрати гнать, – сказал Валерка.

– Зачем тогда ты сюда ехал?

– А чего ты ерепенишься? Патриотом таким, смотрю, стал? Сам же хочешь рвать когти?

– Да, ибо здесь слишком цивильно. Но если сравнивать с Таллином…

Валерка заржал.

– Ибо!..

За ужином Валерка сказал, что мне надо выкинуть эту идею из головы, надо залечь на зиму.

– И уйти в армию, – сказал я.