Дуэлист

Шведские кавалеристы, таким образом, разъезжали на киргизских лошадях с примесью северного оленя, незаменимых в дикой природе Финляндии. Однако у этой задумчивой скотины был один, и крупный недостаток. Она совершенно не годилась для сражения с копьем. По тому ли, что в памяти сей древнейшей породы были ещё живы воспоминания о первобытных охотниках с их кремневыми пиками или по другой какой причине, но вид длинной палки был для них совершенно нестерпим. Когда король-актер Густав III, в пику Екатерине II, решил вооружить своих конников пиками на манер наших казаков, из этой реформы ничего не вышло.

Лошади шведских «казаков» немилосердно брыкались и сбрасывали седоков ещё до того, как они успевали пикироваться с нашими.

Затемно покинув лагерь, мы на рассвете добрались до русских постов, сменили их и поехали вдоль реки, служившей условною границей. Стояла пора, называемая в Финляндии летом св. Бригитты, а по-нашему бабье лето. Иней на чахлой траве быстро истаивал, сверкая радугами мильонов жемчужных бусин, а от реки, как из кастрюли, валил густой пар, который стелился по низине седыми бородатыми клочьями.

Речка нырнула в мрачные каменистые дебри, мы выбрались на неубранное поле ржи, и Полубесов указал мне нагайкой на синий зубчатый горб леса по ту сторону:

– Вот ОН!

Шведы были в таком же количестве как мы: пять человек с офицером. Они одеты были в короткие синие куртки с черными ремнями крест-накрест, желтые штаны и какие-то диковинные стальные шишаки, как у актеров из трагедии «Король Леар».

А их предводитель выделялся роскошной круглой хорьковой шапкой с хвостами, наподобие тех, что носят канадские пионеры. По этой шапке мы без труда опознали знаменитого начальника шведского авангарда, скандинавского Кульнева капитана Мульма. О лучшем Гекторе не приходилось и мечтать.

Расчехлив на всякий случай ружья, мы медленным шагом поехали в сторону шведов, и они тронулись нам навстречу в объезд поля. Шагах в двадцати мы остановились, ревниво разглядывая друг друга.

– Ты разумеешь по-немецки, так скажи им что-нибудь, ваше сиятельство, – предложил мне Полубесов, оглаживая шею своего рыжего донца.

Я подтолкнул в бока мою арктическую лошадку, она проржала что-то по-фински своим лохматым сестрам из вражеского отряда и сделала несколько деликатных шагов в сторону капитана Мульма. После этого, не будучи принуждаем к дальнейшему движению, мой Букефал остановился.

– Гутен морген! – сказал я, приподымая финский вязаный колпак, который заменял мне кивер.