Дуэлист

– Какое ваше желание должна я исполнить, мой повелитель? – спросила Рыжая, грациозно приседая передо мной в притворном смирении.

– Я не могу его огласить, а потому и не могу настаивать на его исполнении, – возразил я.

– В таком случае, я отдам вам нечто такое, чем дорожу более всего на свете, а вы вольны отвергнуть мой подарок, если он вам не по вкусу. Князь, я попрошу вас проводить меня домой тотчас. У меня разболелась голова.

Словно в тумане, я покинул салон княгини Г. Последнее, что запомнилось мне при прощании, была закушенная губа Черной Принцессы, злые глаза дам и раскрытые рты кавалеров.

Рыжая Принцесса распорядилась подать чаю, а сама отошла, как говорят англичане, to slip into something comfortable[18 - (Англ.) Набросить что-нибудь поудобнее]. Я прохаживался по её уютной гостиной, рассматривал гравюры, с отменным вкусом развешанные по обитым шелком стенам, и гадал, в каком же виде предстанет передо мною моя чаровница. Время шло, часы вязко отбили третий час ночи, а Рыжая, как истинная дочь Евы, все тянула и тянула гуммиэластик.

Мой пыл уже начал остывать, к тому же и выпитое мною шампанское давало себя знать все более неотложно. Его срочные позывы делали любовное томление не токмо второстепенным, но и лишним. Я стал приглядываться к выходу, за которым могло бы находиться отхожее место, и сделал движение к звонку, чтобы справиться у слуги, как вдруг двери в соседнюю комнату распахнулись, и в лучах яркого света выпорхнула на цыпочках моя гурия au naturel. [19 - (Франц.) В натуральном виде.] Да-да, Феденька, она была нагая, за исключением венка в её рыжих кудрях, всклокоченных подобно языкам пламени, и крошечного крестика между двух капризно вздернутых грудей.

– Сильно ли я изменилась с тех пор, как мы с братом Александром купались в Царском Селе? – невинно спросила она.

Я без слов упал перед нею на колени и стал торопливо покрывать поцелуями её младенчески нежные ножки.

«Мне кажется, что её брата звали Вильгельм», – удивился Толстой и вдруг его озарило, кто же была эта секретная пассия.

Как можно было не догадаться? Ну, конечно же, эта Рыжая была родной сестрой императора Александра. Бедный, бедный Долгоруков!

– Когда мы разъединили наши объятия в пятый или шестой раз, уже при полном свете дня, то вдруг как-то разом порешили, что нам необходимо жениться. Сердечных препятствий со стороны Принцессы никаких не оставалось.