Дуэлист

– Как ты думаешь, на что им столько гвоздей? – спросил я хорунжего Полубесова. – Уж не хотят ли они стрелять по нам гвоздями вместо картечей?

– При шведской бережливости я не удивлюсь, когда они и станут заряжать гвоздями пушки, – согласился Полубесов. – Однако их главная хитрость вовсе не в этом.

– В чем же главная стратагема противника?

– При отступлении они побросают все доски в воду и сделаются недосягаемы.

Прискакав в лагерь, я тут же сообщил сию тревожную новость Долгорукову, который пил чай перед балаганом из своего походного серебряного самовара в форме чемоданчика.

– Ah, diable![20 - (Франц.) Черт возьми!] – воскликнул князь, выдергивая салфетку из-за галстуха и швыряя её на траву. – Как же я буду атаковать Сандельса?

В этот миг до нас долетел ясный сигнал вражеского рожка, и карельские драгуны, стоявшие верхом насупротив нашей пехоты, стали разворачиваться и заезжать на мост. Должно вам заметить, ваше высокопревосходительство, что действия вражеской кавалерии во время сего сложного маневра заслуживали всяческих похвал, разворот был выполнен равномерно, как на манеже, однако на мосту лошади, напуганные шатанием оторванных досок, стали брыкаться и поворачивать назад, отчего кавалеристам пришлось спешиться и вести их под уздцы.

По причине такового замешательства перед мостом возникла большая толпа карельских всадников, которую удобно было переколоть пиками, ежели бы, предположим, в нашем распоряжении имелся эскадрон улан, ожидаемых прибытием к полудню. Поскольку же до полудня оставалось ещё более полутора часов, то все карельские драгуны благополучно перевели своих лошадей через длинный мост и приступили к разрушению настила.

Двое подымали оторванную доску и перекидывали её через перила, когда же все до одной доски одного пролета были таковым образом сброшены, то ближний к нам драгун перебирался по перилам над водами пролива к своему товарищу и сия операция повторялась. Однако теперь уже задний работник становился вперед, очевидно, из-за большей опасности находиться в близости неприятеля и перелезать по перилам над бездной.

Таковое распределение обязанностей среди шведских служителей показалось мне весьма похвальным, ибо в наших войсках унтер-офицеры и старослужащие обыкновенно принуждают к труду более молодых солдат, сами вовсе не подвергаясь никаким тягостям и опасностям, а посему служба в российской армии становится, вместо благородной обязанности гражданина, подлым и рабским трудом.