Я не ангел

Слава ожидал, что громила начнёт в срочном порядке склеивать ласты и отбрасывать копыта, и уже приготовился звонить в «Скорую», но культурист лишь почесал тыковку и выкинул фонарный столб, словно тот был сделан из папье-маше. Фонарь перелетел через дорогу и врезался со страшным звоном в стену дома.

Феномен мог поклясться, что за секунду до звона слышал чей-то жалобный вскрик. Но собравшаяся толпа вроде как этого не заметила, поэтому Ковалев последовал дальше.

А вот и «Светлана». Слава полюбовался вывеской пару секунд и вошёл внутрь.

Пройдя витринный лабиринт, он подошёл к прилавку с продавщицей, пытавшейся сварганить себе улыбку шире своего лица.

Феномен продемонстрировал ответную улыбку и временное удостоверение:

– Здравствуйте, я из милиции. – Улыбка продавщицы сдулась, как просроченный шарик. – Мне нужно поговорить с вашим бухгалтером, – Ковалёв сверился с бумажкой: – С Ириной Владимировной Нежилец.

Девица обернулась и радостно (ещё бы, ведь она так счастливо избежала ещё одного «допроса») крикнула в дверь, ведущую в соседнюю комнату:

– Ирина Владимировна! К вам из милиции пришли!

В дверь боком протиснулась женщина, комплекция которой превышала ширину среднестатистического африканского гиппопотама (не в обиду сказано – мне просто нужно было с чем-то сравнивать) в три раза.

Ковалёв срочно схватился за подбородок, чтобы не подбирать челюсть с пола. Продавщица, которой теперь за прилавком места не осталось, ушла (точнее, «выдавилась») в подсобное помещение. Оттуда потянуло ароматным чаем.

– Здравствуйте, это вы из милиции? – громовым голосом спросила бухгалтер.

– Я, – сумел выдавить из себя Слава – получилось жалко.

– Чем могу быть полезна?

«Пробоины в танкере затыкать», – подумал он.

Переборов робость шуткой, Феномен заглянул в шпаргалку Жигалова:

– Нам необходимо выяснить, что было куплено в вашем магазине сегодня, в девять тридцать две утра, за сто пятьдесят три рубля.

Нежилец на мгновение закатила глаза к потолку.

– Торт. Шоколадный торт со взбитыми сливками, шоколадным суфле и арахисом внутри и кокосовой стружкой сверху.

– А кто его купил?

– Высокий бритый парень в кожаной куртке с родинкой на носу, – ответила бухгалтер.

– Торт ему продали вы?

– Не, у нас для этого продавщица есть. Я лишь мельком его видела, когда он садился в «КамАЗ» с сундуком в руке.

– Каким сундуком?

– Торт называется «Пиратский клад» и продаётся в картонном сундучке.