Сумерки Богов

Воздушный столб просочился сквозь стену водопада и низко загудел, двигаясь в сторону девушки. В один миг она скрылась в вихревом водовороте. Волки метались из стороны в сторону, рычали и скалили клыки, не зная, как помочь хозяйке. Но воздушный разбойник недолго бесчинствовал. Вытянувшись в тонкую струйку, он быстро исчез в верхнем разломе пещеры. Волки успокоились и вновь улеглись возле костра. Прищурившись, они лениво наблюдали за девушкой, которая выглядела глубоко потрясенной.

– Неужели это правда? – прошептала целительница и широко раскрытыми глазами посмотрела на спасенного ей человека.

С ложа донесся протяжный стон. Юноша в бреду хрипло выкрикнул:

– Лигия! Я тебя погубил!

В его голосе чувствовалось безмерное отчаянье.

Девушка моментально очутилась возле бредившего юноши.

– Успокойся. Успокойся. Скоро твои страдания закончатся – она положила прохладную ладонь на пылающий лоб страдальца и нахмурилась. Болезнь возвращалась.

Хозяйка подбежала к кипящему котлу и, взяв с земли толстый кизиловый прут, стала помешивать воду.

Наконец, она решила, что отвар готов. Целительница вынула из серебряных ножен, свисавших с тонкого пояска, обнимавшего ее хрупкую, осиную талию, изогнутый кинжал с рукоятью из копытца олененка. Не колеблясь ни секунды, она сделала надрез на руке и задрала локоть. Прозрачная, зеленоватая жидкость хлынула из раны прямо в кипяток. Вода в котле зашипела, как сотня разъяренных гадюк и окрасилась в бирюзовый цвет.

– Вода и Земля! Куда бросаю жизнь. Там нет силы зверя! Такое мое слово и да будет так! – громким и страшным голосом выкрикнула целительница.

Задрав кверху морды, тоскливо взвыли волки. Наступила мертвая тишина, которую нарушали стоны больного. Девушка зачерпнула кипяток в глиняную чашу и подошла к ложу. На нее в упор смотрели темно-синие глаза, в которых плескалось безумие и душевная мука.

– Я не смог ее спасти. Варвар с Ледяной земли убил ее – услышала девушка его свистящий шепот.

Целительница приподняла голову юноши.

– Тебе сейчас станет легче. Мое лекарство остановит зверя. Только лишит тебя памяти. Но это и к лучшему. Память – жестокий дар богов. Я тебя избавлю от всех страданий. Ты больше не вспомнишь то, что причиняет тебе боль – нежно прошептала она и осторожно влила дымящийся отвар в его приоткрытые губы.

Глава 4

Пещеру заливал фантастический, изумрудный свет, струящийся сверху.