Вихрь судеб. Кровавое солнце с семью лучами

– Да шучу, – я помахал рукой. – Расслабься, Диана. Тебе очень идут волосы, я бы не стал поступать так жестоко. Ну и, мы договорились?

– Да! Я уже несколько раз сказала! Я буду считать, чтобы точно отследить время. Итак, раз секунда, два секунда, три…

Я взял чашку своего недавно заказанного чая и сделал глоток. Затем поглядел, как она считает. Чётко, стараясь не сбиваться с ритма. Принцесса не жульничала, не ускорялась в надежде на победу.

Но, несмотря на приятный голос, мне начала надоедать её считалка с третьей секунды, так что, отпив ещё немного чаю, я выплеснул остатки на кота.

Рыжий подорвался, будучи ошпаренным. В его глазах застыл немой вопрос: за что жизнь так несправедлива?! Его крик на кошачьем языке наверняка звучал, как отборнейший образчик нецензурной лексики. И уж точно зверь дал нам понять, где он нас видел, куда нам всем идти и что он думает о нашей семье.

Кот бешено промчался по кафе и вылетел из него пробкой. Вероятно, толстый рыжик более никогда не посмеет сомкнуть глаз рядом с людьми.

Да и своих предупредит о подлости в местном заведении. Так что к Стасу отныне ни один кот не придёт.

– Ты сжульничал! – Диана вскочила со стула.

– За что ты так котика? – полюбопытствовала Аска, сидящая за одним из столиков.

– Тебе настолько не понравился чай? – Стас опустил голову. – В следующий раз добавлю мяту, но знаешь, её отсутствие – не повод выливать содержимое кружки на котов!

– Кошачий маньяк! – Диана стукнула руками по столу.

– Она умеет возмущаться, – сестрёнка облокотилась на меня, и я её обнял.

– Думаю, котик меня не простит, – я почесал затылок. – Стас, извини, мне надо было выиграть пари и заткнуть эту дамочку. Она начала вести отсчёт и хотела, чтобы я слушал это десять минут.

– А по поводу жульничества, – Арин указала ложечкой на Диану. – Ты настоящая дурочка. Он ведь спрашивал тебя не раз, согласна ли ты на выдвинутые им правила.

– И?

– Диана, – вздохнул я, – в правилах не было сказано, что на кота никак нельзя воздействовать.

Так что ты мне должна денег, или я возьму у тебя что-то равноценное. Точнее, то, что я таковым посчитаю.

– Это может быть ребёнок, твоя голова или… – подлила масла в огонь сестрёнка.

– Арин, – я прикрыл ей рот рукой. – Ты сейчас даже меня пугаешь. Зачем мне её голова?

– Это я так, для примера.

– Тебе надо поменьше читать анатомические атласы, – я погрозил девочке пальцем и встал. – Стас, где тряпка, я вытру пролитый чай.