Вихрь судеб. Кровавый клинок

– Мы видели ваш корабль, его вынесло на риф, – констатировала одна из валькирий.

– Мой милый Мордред… – грустно молвил я.

– Вы поможете нам? – спросила Монмаренси.

– По нашим законам любая женщина найдёт на острове пристанище и дом. Ты под нашей защитой, сестра, мы поможем тебе. А вот краснокожий урод будет продан в рабство. Пожалуй, мы его кастрируем. – Воительница, стоявшая в первых рядах, хищно посмотрела на меня. – Краснокожие бестии везли людей с дальнего моря на войну с нами.

– Война?! – возмутился я. – Мы вас захватили, можно сказать, проплывая мимо. Воевали вы тогда с Жуткими. Так что не завирайтесь.

– Жалкий мужчинка! – презрительно выплюнула валькирия и наставила на меня копьё.

– А ну, стоять! – Монмаренси закрыла меня собой. – Вообще-то он уже мой раб! Как только мы оказались на острове, я обратила его в рабство.

Я поднял ногу. Щиколотка была перевязана верёвкой, другой конец держала моя бывшая служанка.

– Я её вещь. Ты, пышногрудая, не можешь мне навредить, так же, как не можешь порвать юбочку твоей соседки справа, ибо это запрещено вашими законами.

На самом деле, знать законы других государств, на мой взгляд, даже более важно, чем уметь выживать в джунглях, – я самодовольно усмехнулся. – Мама всегда говорила, что из меня вышел бы неплохой адвокат, – я улыбнулся максимально похотливо. – Как же приятно быть рабом!

– Ах ты, собака! – Девушки крепче сжали оружие и покраснели, но ничего мне не сделали.

Мне было бы очень больно, если бы я не знал местных порядков, а так… Я легко мог здесь выжить.

– Если быть точным, я кобель, а вы тогда… – язвительно начал я.

– Хватит, – прервала меня Монмаренси.

В отличие от меня она жутко нервничала. Ей не верилось, что валькирии нам помогут. Скорее, она ждала, что нас в любую минуту насадят на копьё и оставят прохлаждаться у этого костерка. Однако её неверие в человечность дикарок было абсолютно необоснованным.

Все люди имеют сострадание, даже валькирии[21 - Валькирии – так называются девушки из народа, проживающего на Архипелаге Воительниц.].

– Как пожелаете, о моя прекрасная госпожа, – я одарил подругу улыбкой.

Монмаренси покраснела непонятно почему, а затем обратилась к девушкам:

– По закону вашего народа я имею право просить о помощи, ночлеге и еде?

– Так может поступить любая наша сестра, – кивнула одна из недовольных копейщиц.