Вихрь судеб. Кровавый клинок

 – Это просто круто! Можете рассказать мне о себе чуть подробнее? Я бродячий бард, и мне бы хотелось сочинить песню про Риверянина, который спасся с того жуткого острова.

– Ни слова больше! – возбуждённо проговорил я. – Готов выложить все пикантные подробности моего выживания.

– Господин, вы же вроде хотели поскорее вернуться домой, – напомнила Монмаренси. С тех пор, как мы покинули владения валькирий, она снова обращалась ко мне только на вы и звала, как прежде, «господином».

– Я угощу вас в любом ресторане в благодарность за рассказ, – улыбнулся певец.

– А ты мне нравишься! – вдруг загорелась энтузиазмом моя служанка. – Как тебя зовут?

– Гелеантропий, – представился он и кивнул нам.

– Да ты шутишь?! – я открыл рот. – Сладкозвучный Гелеантропий?! Тот самый Гелеантропий?!!

– Насколько мне известно, это уникальное имя, которое я взял специально, чтобы меня ни с кем не путали.

– Ты же бард! Любимчик королей! Мой дядя просто обожает слушать твои песни про Мора Первого.

– Да, король Генрих часто просит спеть о нём, – согласился Гелеантропий.

– Вы же поёте только про героев прошлого! – я прищурился.

– Я тут решил, что мне нужен личный герой. К тому же меня зацепил твой рассказ, – он улыбнулся. – Идёмте же, у меня тысячи вопросов!

– Так ты ещё и сквозь бурю провёл корабль! – бард расхохотался.

Прошло немного времени, и мы оба уже были навеселе после очередной бутылки ежевичного ликёра.

– А ты как думал? Я с детства тренировался, чтобы не сгинуть в морской пучине! У меня в комнате на всю стену висит карта мира, прямо напротив кровати.

– А тот арбалет? – уточнил бард.

– Да, я сам его изобрёл, как и рапиру, – отмахнулся я.

– Просто вау! Ты уже опробовал её? Дрался с кем-нибудь?

– Э-э-э… – я вспомнил Аса-переростка с его маленькой спутницей и отрицательно покачал головой. – Нет, ещё не доводилось. Клинок пока не закалился кровью!

– Вот это настрой. Ну что, давай, кто больше выпьет?! – предложил Гелеантропий.

– А я смотрю, ты любишь проигрывать, певец, – ухмыльнулся я.

– Не говори гоп, пока не перепрыгнешь, морячок.

Мы чокнулись.

– Я с вами! – Монмаренси, как обычно попробовав почти все яства, что имелись на столе, была готова присоединиться к веселью.

Я же мог только позавидовать её способности есть и не толстеть, однако, когда речь шла об алкоголе, завидовать приходилось не мне.

– Давай, тебе не перепить меня, – заверил я её.