Трон на крови

Как сообщал посланник в Берлине граф Шувалов со ссылкой на некий источник в верхах Кайзеррайха. кронпринц Вильгельм – наследник умирающего кайзера проявляет явные признаки русофобии – одобряя идею «устранить Россию как фактор силы». Правда Бисмарку пока удается убедить его в том что это гибельный путь – не без труда.

Георгий глубоко задумался – как ни крути, а пресловутый германский вопрос имеет первостепенное значение – от мира и нормальных отношений с этой скороспелой империей весьма многое зависит в судьбах российских.

Этим надо заниматься особенно внимательно. «Это враг которого придется превратить в друга – но в конце концов в этом и состоит искусство правителя».

Но это трудно будет – ох трудно!

Как вспоминал отец на похороны Александра II приехал кронпринц германский Фридрих, и военный министр Милютин, не теряя золотого времени, этим воспользовался: Утром отправился в полной форме и в ленте ордена Черного Орла к наследному принцу германскому и имел довольно длинную аудиенцию. Предметом разговора была борьба с инсургентами и смутьянами – Милютин внушал пруссаку необходимость общеевропейских мер в борьбе с разрушительными учениями анархистов и нигилистов.

Ведь никакое правительство не в силах справиться у себя с подпольными злодеями, пока они имеют безопасное убежище в Швейцарии, Париже и Лондоне, откуда исходит главное направление всех злодейских замыслов и доставляются средства. В этой борьбе заинтересованы все государства, а не одна Россия. Наследный принц соглашался во всем, кивал и обещал ходатайствовать перед отцом о соответствующих решениях.

И все. А потом отец обнаружил просматривая берлинские газеты, десятки раз повторявшиеся злорадные фразы, что русское правительство «со своими нигилистами» еще долго будет сильно думать, раньше чем «решиться на энергичную политику против Германии.»

Да – уж ничего не поделаешь. Однако же придется. Нужда скачет, нужда пляшет, нужда песенки поет.

Он принялся листать бумаги за прошлые месяцы – вдруг чего-то упустил? Вот самое важное наверное.

19 мая Парламентом Великобритании принят «Билль о морской самообороне»

Дело это тянулось с начала года…

4 января 1889 года премьер – министр Солсбери принял делегацию представителей крупнейших приморских городов: Глазго, Эдинбурга, Ливерпуля и Ньюкасла. В петиции, которая была передана правительству Ее Величества, выражалось «глубокое чувство тревоги ввиду опасности, угрожающей нашей торговле и крупным торговым портам».