Сталкер. Чертог красного бога

Хотя, это скорее всего, тот самый стокгольмский синдром, когда жертва от радости освобождения, начинает испытывать некое чувство симпатии и привязанности к захватчику. И очень похоже на то, почему парни так любят обсуждать тему армейской службы. Хотя, на первый взгляд, что там может быть хорошего? Ведь служба, это эмоции, такая острота переживаний, воспоминания, и не важно, положительные они или нет, их больше не будет.

Уложив веревку, я вернул рюкзак на плечи. Есть не хотелось. О голоде я как-то позабыл, будучи занятым собственным выживанием, а до этого проблемами поиска.

А теперь, у меня из головы не выходит образ черной, зубастой пасти. Что за мутанта я видел? Это радиация так повлияла? А еще не стоит забывать о том, кого она опасается. Надо бы сворачиваться с этими всеми делами. Мобильник по прежнему не видит вышки. Ну куда же ты делся? И куда же делся я! Посмотрим. Лесничество, естественно, ни где не обозначено. То есть, я где то ниже и левее Черевача, но, думаю, недалеко. Прикинув ноготь к масштабной линейке на карте, я начал просчитывать расстояние. Хотя толку считать, с чего я решил, что ты попрешься туда? Дым! Костер! Слава Богу, дело сдвинулось! Ветер доносил запах костра с того направления, куда я собирался идти. Отлично, я упрятал карту и перекинул через голову ремень ружья. С острогой, я тоже решил не прощаться. А в прочем, если не спешить и подумать, то идея поиска приключений в здешних местах, посещала не только голову, которой принадлежит синяя бейсболка. А народец, как известно, всякий попадается. Посему, ружье, я решил снять, чтобы не копошиться в ответственный момент, а острогу приладил на манер киношных героев, которые одинокие одиночные одиночки и странствуют в ночи. Иными словами протолкнул между спиной и рюкзаком. Но почему-то, ружье, которое должно предавать уверенности, как-то пугало и нервировало. Хоть я и знал, что в нем нет патронов, что само по себе безрадостно, но то обстоятельство, что придется побывать в ситуации, где его необходимо применить, как-то не вдохновляло. Я начинал чувствовать моральное переутомление и не хотел сейчас решать, готов ли я стрелять в человека или просто направить оружие. Ладно, хватит соплей, сначала надо разобраться в существующей ситуации и хотя бы взглянуть кто там. Я подходил к опушке со стороны большого, бревенчатого дома, который, как и все здешние дома, уставился на меня пустыми глазницами развалившихся окон.