Сталкер. Зона для самых маленьких

Семен зачем-то догоняет его, и, обойдя, поднимает сползший рюкзак ведущего. А ведь говорили тебе, ни шагу с тропы! Володя раздувает щеки и выпускает воздух. Его боковое зрение заставляет выбросить вверх сжатый кулак. Мы покорно замираем, пытаясь понять, чем вызвано такое беспокойство. Ведущий опускает руку и несколько раз сжимает пальцы, будто в его кулаке тонометрическая груша. Этот жест вызывает недоумение, но вместе с тем, мы передвигаем селекторы огня. Это означает, что впереди кабаны.

Их немного, и они слишком далеко, чтобы представлять угрозу.

Скорее всего, их загнал сюда другой хищник, и если не привлекать внимание, то они просто пройдут мимо. Если…

Володя дожидается, пока черные бока не скроются в подлеске и движение продолжается. Когда мы пересечем то место, где видели их, то они должны быть уже далеко.

– Мужики! – раздается позади голос Семена. Он стоит на том же месте, держась за ногу, а его лицо побледнело от страха. Ничего страшного, просто жадинка прихватила.

Относительно безопасная, маленькая аномалия, если мамы нет рядом. Но Семен внезапно падает как подкошенный.

Его крик отражается от крутого вала справа. Теперь и на лице Андрея читается испуг. Он видит, как натягиваясь, рвется шнуровка на ботинке Семена. Его пальцы выдирают из земли черные клочья. Я разворачиваюсь, но жесткий голос ведущего останавливает меня. – Они справятся. Ты нужен мне здесь! Он прав: вдалеке, уже хрустят ветки валежника. Андрей сходу бросает свой рюкзак к ноге покрытой вздутыми жилами и дергает систему быстрого сброса, стаскивая с плеча Семена лямку, чтобы загрузить гравитационный изъян.

Внутри рюкзаков лопаются емкости с водой и банки. Его подошвы взрывают грунт, когда он пытается оттащить пленника. Семен изо всех сил старается обуздать боль и взять себя в руки. Он стискивает зубы и сдавленно мычит.

Секач, огромный, с измазанными глиной боками, возникает слева, из-под поваленного дерева. Он осматривает нас подслеповатым глазом, басовито похрюкивая.

Воздух между нами переливается причудливыми завитками, и мне на мгновение кажется, что все это, гребанный страшный сон.

– Там! – кричу я, разворачивая автомат, но выстрелить мне мешает Вовкина спина. Если бы он догадался лечь, то я бы успел сделать короткую очередь. Но Володя все решил иначе: он подпустил вепря на расстояние эффективного огня и вдавил спуск. Все слилось в одно мгновение: и выстрелы, и удар секача, и крик позади.