Хозяин Медведь-горы, или Тайна последнего Артефакта

Любуясь красотой неба, которое приобрело какую-то ранее скрытую от глаз объемную проницаемость, открывая взору первые, уже видимые глазу, звёздочки, я даже остановился, отстав от Михаила на несколько шагов.

– Где в урбанистическом московском мегаполисе я мог бы вот так восхититься необыкновенной цветовой трансформацией неба и моря? – восхищался я столь необычными для меня в моей московской жизни живыми, акварельно-дымчатыми красками южной природы в её переходе от света к сумеркам, принося, вместе с тем, с моря столь приятную освежающую прохладу вечернего бриза на смену дневному зною и духоте.

Мишка, между тем, закончил свой разговор и, дождавшись меня, предложил пройтись по вечерней набережной. Уже было половина восьмого вечера.

– Сейчас ты почувствуешь разницу, – как-то загадочно сказал мне мой ялтинец, и, что он имел в виду я понял, когда, выйдя “в свет” из этой тихой улочки, больше похожей на небольшой переулок, мы оказались буквально в людском потоке.

– Сколько же народу прибавилось на набережной за те двадцать минут, что мы не были здесь, – поразился я про себя.

Невольно, на ум мне пришло сравнение с часом пик в метро на Киевской. Набережная была заполнена людской рекой, и нам приходилось уже просто маневрировать в этой плотной праздной толпе отдыхающих, среди которой мы периодически натыкались на заторы, создаваемые самодеятельными уличными музыкантами, хипхоперами и одиночными артистами и теми же фокусниками.

Просто какой-то смотр самодеятельных талантов.

Мы вышли на открытую площадку у часовенки, смотря сверху на морские причалы с катерами и белым маяком вдали на оконечности бухты.

Краски неба и моря постепенно увядая и темнея, сливались друг с другом в восточной стороне в сплошную тёмную “акварель”, в то время как на западной части небосклона облака были окрашены в розовый цвет с алыми клиньями света от скрывшегося за горами солнца.

Мишка пояснил, что там – он показал рукой на северо-запад, Крымские горы сходят на нет, уступая место равнине, и лучи закатного солнца со стороны степного Крыма окрашивали небо в бледный, розовато-серый, дымчатый цвет, смешиваясь с ночной тьмой, наступающей с востока.