Рассказы о Джей-канале

– Вы думаете, это может быть как-то связано с новым Пятном?

– Может… – Кобцев помолчал. – Видишь ли, туда уже ходил истребитель. Погиб на входе.

– Где-нибудь наследил?

– Наследил. И… В общем, оставил письмо.

– Письмо? – удивленно переспросил Сергей.

– Да. И, понимаешь, информативность письма такая – мы посчитали ее, – что он по-прежнему мог сравнительно легко входить в пустые "ловушки", но непременно погиб бы при встрече с обитаемой. Очень тщательное письмо, он очень точно повысил свой информационный вес в Реальности.

Намеренно повысил… Если, конечно, мы чего-то не путаем, – добавил Кобцев, помедлив.

– Намеренно?.. – Сергей выпрямился. – Погодите, Арсений Никитич, я что-то не соображу. Даже если верна модель "ловушки", какая разница, обитаемая она или необитаемая? Реальность-то та же.

– Все верно, Сережа. Реальность та же, – Кобцев словно бы не заметил напряженного движения Сергея. Несколько секунд он молча рассматривал строения древнего тибетского монастыря на противоположном пологом склоне лощины.

 – Реальность-то та же, – повторил он, – инерции у "ловушек" разные. При входе в обитаемую приходится преодолевать не только инерцию Реальности, но и инерцию собственной структуры "ловушки", ты-то должен в неё вписаться. Инерция эта, понятно, не бог весть какая, но ее хватает, чтобы возникла вилка.

– Вот как?.. – Сергей помолчал. – Но погибнуть-то он мог и по любой другой причине, верно? А если там вообще не "ловушка", а, скажем, "мешок", или "зеркало", или еще что-нибудь – моделей-то много?

– Много… – Кобцев быстро взглянул на Сергея и отвернулся.

 – Мы пересчитали на всякий случай твой информационный вес, ты должен войти в любом случае. Если, конечно, не наследил.

– Да не должен был, – отозвался Сергей, – здесь никого не бывает.

– Ну да… – рассеянно кивнул Кобцев и медленно, как будто видел впервые, и, как показалось Сергею, неприязненно обвел глазами порозовевшие от утреннего солнца горы, громадные и оттого казавшиеся стоящими совсем рядом.

 – Тоскливо, наверное, одному, Сережа?.. – неожиданно спросил он.

Сергей внимательно посмотрел на него.

– Что стряслось, Арсений Никитич?

– А что? – Кобцев, словно очнувшись, поднял на него глаза.

– Ничего, просто раньше вы не говорили о посторонних вещах.

– Вот ты о чем?.. Все нормально, я лишнего не спрошу, – Кобцев выпрямился, словно подводя итог разговору. – Вот.