Непрошеные, или Дом, с которым мне «жутко» повезло. Книга четвёртая. Вспомнить будущее

И что, собственно, мне теперь делать с данной «новостью»?.. В какой шкаф, до поры до времени, мне её спрятать?

– В мире людей я около трёх месяцев. Пока привыкла к своему новому облику, чуть присмотрелась, немного приспособилась. Не хотелось мне раньше времени раскрывать свои карты. Но уж, коль ты сам настоял!.. Впрочем, видимо зря я спешила со своей новой жизнью. Ведь на поверку оказалось, что меня здесь вовсе никто не ждал!.. – грустно опустила голову Лена-Марта.

– С чего это вдруг?

– Не лукавь, Роббер! Ведь я всё прекрасно вижу.

Ты совершенно не рад нашей встречи. Я для тебя, скорее обуза, далеко не единственная и неповторимая, как называл ты меня прежде!..

Обстановка в палате из лёгкого недоразумения, очень скоро начала перерастать в напряжённую тишину. Незримо витавшая в воздухе тяжёлая взвесь непонимания, была готова в любой момент разразиться: либо приступом некой истерики, либо того хуже, бесконтрольными рыданиями. Как не крути, а мы были с ней чересчур разными и самое главное, малознакомыми, потому и не могли найти чего-то общего, элементарной темы для нашего последующего разговора.

Потому и молчали, не решаясь заговорить. Отчасти, я даже поймал себя на крамольной мысли.

«Уж лучше б она осталась прежней секретаршей!.. Пусть хитрой и немного плутоватой, а всё же хорошо знакомой мне Леной. Уж я бы наверняка сумел найти с ней какой-то компромисс. В конце-то концов, Елену можно было понять. Потому как действовала она, в свойственной любой женщине (потерявшей голову) манере – максимально импульсивно и эмоционально, выкладываясь до последней капли и сжигая за собой все возможные мосты.

Уже только этим, она заслужила хоть какое-то к ней снисхождение.

Возвращаясь же к своему потерянному бизнесу… Пожалуй, мне уж давно следовало признать, что я бы его, в любом случае потерял. Уж будьте уверены, за полгода моей невменяемой реанимации обязательно нашёлся бы некий хитрожопый проныра, готовый прибрать к своим рукам, по сути, брошенную на произвол судьбы мастерскую.

Отсюда и вывод: так почему бы, тем «пронырой» не быть кому-то из «своих». В некоторой степени, так мне было бы гораздо легче смириться со своими неизбежными потерями…»

– И куда ж, в таком случае, подевалась прежняя Лена? Что с ней стало? – я первым нарушил тишину.

– Сдалась тебе эта мерзавка? – неопределённо пожала плечами собеседница.

– Отчего же, сразу «мерзавка»?.. – вступился я за своего секретаря. – …По-моему, она была вполне интересной девчонкой.