Гарем ундер-лейтенанта Говорова

 – …Однако по портовым трактирам, с матросами и шлюхами, я вовсе не шлялся. Далее прибрежной черты мне и в голову не приходило отлучиться!..

Предложение Демидова показалось сослуживцам весьма и весьма заманчивым, потому, не обращая внимания на реплику Мирона, молодые люди потянулись вслед за Глебом. Да, собственно, и деваться-то им было попросту некуда – уж лучше довериться старшему товарищу, чем попусту таскаться по каким-то тупикам и непонятным закоулкам.

Вдоль прибрежной черты офицерам пришлось пройти порядка восьми кабельтовых, дабы найти ту самую харчевню, о которой ранее говорил Демидов.

И действительно, это было вполне пристойное заведение, без пьяной толпы матросов и более-менее чистым залом.

К тому же, долгий путь был компенсирован ещё и добротным пивом, а так же отлично прожаренным куском баранины.

Присели за отдельный столик, выпили за здравие Российского флота, потом за царя-батюшку. На душе повеселело и, как-то совсем уж незаметно, потянуло офицеров на фривольные и весьма скользкие темы.

– Друзья, я тут вспомнил белокурую немку, которую мы видели в одном из кабаков!.. – в самый разгар пирушки заговорил Герман Говоров.

– Что, дружище, зацепила тебя та красотка? – усмехнулся в ответ Глеб Демидов.

– Я не об этом. Хочу поговорить с вами о таком явлении, как продажная любовь.

– Честно сказать, я и сам удивляюсь, насколь глубоко коммерческий интим проник в жизнь цивилизованной Европы!.. – поддержал разговор Русаков. – …И уж в который раз убеждаюсь в лживости европейской морали!

– Ты это сейчас о чём? – попытался уточнить Демидов.

– О том, что с одной стороны общественность большинства европейских городов продажную любовь осуждает!.. С ней вроде бы, как ведут борьбу!.. – поспешил пояснить Мирон. –…С другой стороны, из соображений «меньшего зла», данное явление оправдывается, регламентируется и упорядочивается. Более того, даже церковь готова закрыть глаза на этот богохульный разврат!

– Ну, а чего ты хотел?.

. – вставил своё слово Лазарев. – …Я слышал, будто бы многими европейскими борделями владеют именно католические иерархи. При этом продажные девки соблюдают посты, участвуют в торжественных городских мероприятиях, порой выполняют некоторые представительские функции!

– В Голландии, где я ранее учился!.. – припомнил Говоров. – …Имеются целые «женские улицы», граничащие с городскими стенами.

– Так ведь само слово «бордель»!.. – уточнил Лазарев.