Исправляя переисправленное

Постепенно этот до боли привычный людской поток, с множеством так называемых «знакомых мне лиц» начинает сливаться в некое однородное привычное движение.

Именно в этом однообразном «радушном» потоке и возможно заметить нечто неординарное, то есть, выходящее из привычных рамок. К примеру, пьяных, каких-то оборванцев, прочих неординарных граждан.

Собственно так, на протяжении последней пары лет, я вдруг начал подмечать в однородной людской массе одного мужичка, время от времени обращавшего на себя моё внимание.

Чем же тот гражданин был примечателен и почему я непременно поглядывал в его сторону? Дело в том, что во внешнем облике данного персонажа присутствовало нечто, непременно приковывавшее к нему мой взгляд. И не только мой. Довольно-таки часто я ловил пристальные взгляды иных прохожих, обращённые именно в сторону данного «чудика».

Даже и не знаю, как лучше объяснить, дабы быть правильно понятым. К примеру, я частенько видел в его руках сетчатую авоську.

Да-да, он по-прежнему ходит в магазин с той самой сеткой, которая была в массовом обиходе, в период развитого социализма и которую я не видел уж лет тридцать. Более того, в этой самой авоське чудаковатый мужичок иногда носит стеклянные молочные бутылки из той же самой эпохи, относящейся к семидесятым-восьмидесятым годам прошлого столетия.

Если кто, чего-то не понял или по молодости своих лет вовсе не знает о чём именно идёт сейчас речь, попытаюсь внести некоторую ясность по поводу вышеозначенных бутылок.

Те читатели, которым сейчас около пятидесяти или старше, наверняка помнят весёлую пору своего детства или молодости, когда молоко продавалось либо на розлив, либо в бумажных треугольниках-пирамидках, либо в стеклянных бутылках по двадцать шесть копеек за штуку. Причём, пятнадцать копеек из той цены приходились именно на стеклотару. Потому, отправляясь в молочный магазин, граждане Советского Союза непременно прихватывали с собой обменную тару.

То есть, пустые бутылки из-под молока, о которых ранее и шла речь.

И если авоську в руках того гражданина ещё как-то можно было объяснить. Некоторому логическому осмыслению так же поддавались ботинки «прощай молодость» или вьетнамские кеды в которые он был обут, та же телогрейку с шапкой ушанкой; виниловые пластинки; приёмник ВЭФ и прочее… Имею в виду бережливость, свойственную людям прежней формации.