Однажды в Омске

На уровне некоего подсознания, какая-то неведомая сила заставляла меня вновь посмотреть в зеркало.

И я обернулся.

При этом увидел прямо перед собой Шиловского. Он был от меня на расстоянии вытянутой руки. Шиловский возник как бы из неоткуда. Появление Василия Ивановича было настолько неожиданным, что я невольно отшатнулся, словно от материализовавшегося привидения. При этом выронив из своих рук ключи и попятившись назад, я едва не споткнулся.

– Что ты здесь делаешь? – он задал мне вполне конкретный вопрос.

Я промолчал. И вовсе не от того, что потерял дар речи или от того, что мне нечего было ему ответить. Просто в данную минуту всё моё внимание было вновь сосредоточено на зеркале, о котором я упомянул ранее. Вглядываясь в своё собственное отражение, я не мог узнать в нём своего лица. Тот взгляд, переполненный диким страхом, смятением, ужасом и паникой, уж будьте уверены, я точно запомнил на всё свою оставшуюся жизнь…

Глава 12

– …В том, что инженерные коммуникации Торгового центра «Мандарин» полное дерьмо и уж лет пять, как нуждается в капитальной замене, ты, конечно же, прав!.

. – в заключение моего пламенного повествования резюмировал мой нынешний работодатель. – …Я вполне допускаю, что и погорели мы нынче, именно по этой самой причине!.. – после чего, Моторин вновь обернулся к управляющему. – …Володя, по-моему, я уж давненько твердил тебе о данной проблеме. Электрика и трубы гораздо важней рекламных щитов и разметки парковочных мест, чем ты по большей части и занимаешься. Потому и нечего перекладывать свои косяки на чужие плечи. Мужик отработал в должности главного инженера не более пары месяцев, а уже успел разобраться что тут и к чему!..

Отчасти торжествующе я покосился на Владимира Юрьевича. И тотчас встретился с его, несколько странным взглядом, переполненным ни то отчаянием, ни то безнадёгой. А может, в том взгляде сквозила и некая скрытая мольба о помощи.

Причём, этот взгляд, как будто бы показался мне чрезвычайно знакомым.

Словно я вновь глянул на себя в зеркало майонезного цеха. Лицо управляющего вдруг стало багровым, на нём легко читался всё тот же страх, смятение, ужас и паника. Мне даже показалось, что его рука, опущенная в карман куртки, сжимает сейчас коробку с тремя шприцами.

Я вспомнил о том, как накануне Владимир Юрьевич непрерывно крутился возле щитовой, прислушиваясь к разговорам и что-то высматривая в наших действиях. Вспомнил я и его последнюю фразу.