Злая память

На следующую встречу, вместе с ёмкостью под воду притащишь кое-какие медикаменты!.. – протянув Михайленко листок бумаги, сложенный в четверо, чеченец поспешил с пояснением. – …В списке самое необходимое!.. Хоть из-под земли, но добыть нужно всё!

– Салман, ты ведь знаешь, я работаю только по оружию!.. – не совсем твёрдо заявил прапорщик, словно оставляя себе пути для дальнейшего манёвра в переговорах. – …С лекарствами, всё намного сложней и рискованней. Там, совершенно иная отчётность и более жёсткий контроль.

Короче, на медикаменты я не подписываюсь!

– Так ты, помнится, и на оружие когда-то не подписывался!.. – ухмыльнулся Даудов, припомнив Михайленко самую первую их встречу. – …Начинать всегда сложно! Ваши федералы задолбали меня своими бесконечными зачистками, продуха от них нет!.. У меня полно раненых, им нужна скорая и действенная помощь. Принесёшь образцы необходимой документации, мы и эти фальшивки выправим!

– До сего момента, ты и без моей помощи как-то обходился!

– Подвёл нас нынче «Красный крест»! Да, и остальные малость прибздели!.

.

– А ведь я тебя как-то предупреждал о том, чтоб ты не брал иностранцев в заложники!.. – усмехнулся Михайленко, уже подсчитав в уме свои грядущие дивиденды. Он и ломался-то сейчас перед Салманом, с одной лишь единственной целью, набить себе большую цену.

– Не твое это собачье дело!.. – вскипел Даудов.

– Ладно-ладно! Придется помочь твоим недобиткам. Куда же я денусь? – невзирая на гнев полевого командира Михайленко не упустил случая и для злой иронии в адрес Салмановских боевиков.

Прапорщик прекрасно понимал, что в некоторой степени Даудов от него зависим. Потому, собственно, он и наглел. А ещё Михайленко имел чёткое представление о том, что, невзирая на видимую послевоенную разруху, у чеченцев водились деньги. И уж если имелись они у рядовых боевиков, то у полевых командиров их и вовсе было немерено.

Во время взаиморасчётов, Салман практически не торговался.

При этом заказывал исключительно новое и эксклюзивное оружие, которое стоило не малых денег. Бывали даже случаи, когда полевой командир приносил на обмен (или, как выражался сам Даудов: на металлолом) вполне приличные, пусть и немного побывавшие в употреблении автоматы, пистолеты и даже пулемёты, из которых ещё стрелять и стрелять. Прапорщику требовалось лишь заменить на оружейных складах новые «стволы» старыми.