Злая память

 – Князев напомнил Сергею о некогда брошенной им реплике, относительно «вертухаев». – …Видел, как на деле оно вышло!..

– Да ведь я вовсе не просил меня прикрывать! Он сам раскрылся! – чувствуя за собой определённую вину, как всегда неуклюже попытался оправдаться Литвиненко.

– Литвин, ты б лучше помалкивал!.. – вмешался в разговор Рудяев. – …Он жизнь тебе спас! Ты ему до гробовой доски теперь обязан!..

– Эх!.. – махнул рукой Литвиненко. – …Да если прямо сейчас пересчитать тех, кому за прошедшие два года я могу быть жизнью обязан, не хватит и амбарной книги, исписанной мелким шрифтом.

– Саня, тебя никто не обвиняет!.. Всем и без того понятно, что автоматы у нас старенькие. Рано или поздно, но какой-то из них обязательно должен был переклинить!.. – заговорил уже Самолюк. – …А видели, какое оружие было у этих уродов? Новёхонькое! Едва ли не в заводской смазке. Интересно, какая сука обеспечивает «чехов» нашими же стволами?..

Так, по сути, общаясь на нейтральные темы, скоротали час.

Самолюк уж наклонился к самому уху, сидящего рядом с ним Литвиненко.

– Видел труп шахидки? – шепнул он сослуживцу.

– Нет! Как-то не до неё после боя было!.. – так же шёпотом, попытался ответить Сашка. Да только ответ его, учитывая выпитое, получился достаточно громким. Солдаты, находившиеся в комнате, тотчас обернулись на голос Литвина.

– Зря!.. – едва сдерживая ухмылку, ответил Самолюк. – …Там было на что посмотреть!.. Я наградил её ещё одной дыркой 7,62-го калибра, чуть ниже её поганого пуза!..

Тут-то и уловил Князев именно ту тонкую грань, отделявшую поминальное мероприятие от обычной пьянки с шутками и неуместными смешками.

– Так, бойцы!.. Слушай мой приказ! Ровно через пять минут, вы должны быть в казарме, каждый на своей койке! Бегом, марш!.. – для пущей убедительности, майор ткнул пальцем в циферблат наручных часов.

Тяжкий грех

Через мгновение от солдат, умчавшихся в казарму, уж и след простыл. Валерий остался один в пустой комнате. На уровне подсознательных размышлений, он всё ещё продолжал анализировать и прокручивать в памяти моменты завершившейся операции. Уж в который раз Князев стал свидетелем гибели военнослужащих по причине чьей-то преднамеренной халатности. А точнее, банальной измены.