Домой, в Советский Союз!

По крайней мере, в одном из «поверь мне» – этот сукин сын оказался прав.

В общем, мне ничего не оставалось, кроме как приступить к приёму телефонных звонков от своих бывших школьных друзей, готовых уже послезавтра отправиться вместе со мной в полную неизвестность. Причём, таковых набралось не так уж и мало.

Давайте-ка вместе попробуем их пересчитать.

Напомню, первым, заявившим о себе, был Сашка Каржановский. Он сдал деньги за двоих: за себя и за своего десятилетнего сына. Илья Мельник со своей супругой Ириной и младшей пятнадцатилетней дочерью, оказались вторыми.

Чуть позже дала о себе знать (ранее упомянутая Виленой) Светка Иванова.

Как ранее не возмущался Мишка Лохновский по поводу ненавистного ему социалистического строя, деньги на свою путёвку он всё ж таки подвёз. По словам Михаила, из чистого любопытства. Далее меня навестил Сергей Дормачёв. Он так же, как и Каржановский намеревался отправиться в турпоездку вместе с сыном. Потом были Андрей Зайцев, Женька Малюта, Лариска Прыгунова и Лёва Попович.

А ещё в моём списке оказался Витька Задорнов, изъявивший твёрдое желание отправиться в двухнедельную поездку вместе с тринадцатилетним сыном.

«Зря я не поспорил с Ярошевским на ящик коньяка. Ради подобного трофея уж я бы поднапрягся. Наверняка нашёл бы ещё четверых экскурсантов!..»

Только-только я успел подумать о Вовке, как он тотчас дал о себе знать. На экране моего мобильника вначале высветилось «неопознанный абонент» и лишь подняв трубку, я понял, что это был именно он.

– Ну? И сколько людей у тебя в итоге набралось? – поинтересовался Владимир.

– Вместе со мной, шестнадцать человек!

– Совсем неплохо!.. – с нескрываемым удивлением, едва ли не присвистнул Ярошевский. – …Про паспорта не забыл предупредить?

– Не забыл!

– В таком случае, встречаемся в субботу! Четверых туристов, уж так и быть, я тебе доберу. Повторюсь, от желающих нет отбоя!..

Опуская трубку, я ещё раз поймал себя на мысли о то, что мне вновь пришлось отчитываться перед Ярошевским.

То есть, на каких-то невидимых и мало осязаемых межличностных связях Вовка вновь умудрился занять более выгодную для себя позицию, тем самым обозначив своё преимущество. То ли я, расставшись со своей прежней работой, что-то успел потерять в своей самооценке, то ли Ярошевский вдруг «разжился» определённым чувством собственного достоинства. По крайней мере, в данной ситуации я чувствовал себя не совсем комфортно.