Кошмар на улице Мудрологов

А была она простой русской дворянкой, чей род официально начался в 1054 году, когда одна из дам свиты дочери русского князя, Ярослава, вышла замуж за французского шевалье. Потомки их союза, уже при князе Данииле Галицком вернулись на Русь (этот князь правил на самом Западе русских земель, одно время даже был королем). В 1920-ом году потомки французского дворянина и свитской дамы королевы Франции Анны Ярославны, сильно обедневшие, но не потерявшие дворянства, вернулись во Францию бросив свое последнее имущество по дороге из Коктебеля в Севастополь.

Дед, прожил с бабушкой во Франции около года, едва не попав под депортацию всех русских в Советы. Бежал в США, женился там, на девке из Деневера, да и не вернулся во Францию – стрела настигла свою львицу. Бабушка воспитывала моего отца сама. Дед приехал во Францию лишь на мое рождение и рассказал свои эпопеи… на диктофонную пленку и передал моей бабушке. Так и знаю я своего деда – по голосу из магнитофона, по паре фотографий и по зачитанному сборнику «Anno mundi ardenti» 1916-го года выпуска, где было много стихов о Париже и очень мало о любви.

В этой книжке самым зачитанным, исчерканным вдоль и поперек стихом был:

Париж, Царьград и Рим – кариатиды

При входе в храм! Вам – солнцам-городам,

Кольцеобразно легшим по водам,

Завещан мир. В вас семя Атлантиды

Дало росток. Пророки и друиды

Во тьме лесов таили Девы храм,

А на реке, на месте Notre-Dame

Священник пел заутрени Изиды.

Париж! Париж! К какой плывет судьбе

Ладья Озириса в твоем гербе

С полночным грузом солнечного диска?

Кто закрепил на площади твоей

Драконью кровь волхвов и королей

Луксорского печатью обелиска?

Бабушка говорила, что после отъезда деда, она не читала этот сборник ни разу.

А лишь бережно хранила его и передала книжицу мне такой, какой оставил ее окуренной страстью, пеплом и жаром Новой Эры 1945-ый год.

Кстати, мой папа реализовал траекторию своей доли романтики по образу и подобию дедушки.

Но не в Европе, а в Африке, в Заире. Тогда он уже был офицером Иностранного легиона. Но гены пальцем не сотрешь. Несмотря на послужной список, попал в какую-то невнятную историю. Сбежал из-под надзора. Встретил мою мать, подарил мне жизнь и исчез. Говорят, что теперь он живет где-то в Центральной Азии, после того, как прослужил в диких гусях почти все 80-ые.

Моя маман была союзом африканки и белого колонизатора, о последнем мне вообще ничего не известно.