К востоку от полночи

Кто же так много курит?»

Они сидели в столовой, хлебали неизменный гороховый суп, и Чумаков, словно забыв о недавней ссоре с профессором, весело рассказывал об очередных проделках говорящего скворца, а Оленев молчал, и если улыбался, то, наверное, только мысленно.

– Утечка информации, – вдруг сказал он. – У тебя произошла утечка информации. Кого подозреваешь?

– Ты что, рехнулся? – Чумаков чуть не подавился. – О чем это ты?

– Откуда этот ябедник так много знает? Ты ему сам рассказывал?

– Ей-богу, спятил.

Я с ним всего два раза виделся, в больнице и дома.

– И долго он у тебя пробыл?

– Минут двадцать, пока Петя не выкинул. Да разве дело в этом? Кое-какие факты он знает точно, а их истолкование уже из области фантастики.

– А это и есть самое опасное.

– Да брось ты! Кто поверит такой ерунде!

– Умный ты, Вася, а все дурак. Профессор рассчитал правильно. Тебе придется доказывать ложность каждого утверждения.

Скорее всего, ты это сделаешь, но с каким трудом? Ну, поседеешь пуще прежнего, ну, заработаешь легкий инфаркт, ну, помрешь от инсульта, пустяки… А информация все-таки истекла, хоть тоненькой струйкой, но… Микрофонов в квартире не находил? Внутренняя оппозиция в доме имеется?

– Ты что, издеваешься? Слава богу, без тещи живу.

– Ну да, Чумаков и чумаковщина. «Прийдите ко мне вси труждающиеся и обремененные и аз упокою вы…» Видно, христианство у тебя в крови, Вася, устроил дома Ноев ковчег, как будто потоп на дворе, а для чего?

– Они все нуждаются во мне, – с достоинством сказал Чумаков, – а я в них.

Уж не предлагаешь ли ты мне жениться и «жить, как люди»?

– Все, что я говорил тебе, ты все равно понял по-своему. Свобода может быть только внутри человека, а ты ищешь ее снаружи. По твоей теории получается так, что я закрепощен. Ну да, у меня жена, штамп в паспорте, дочь в школе двойки получает, теща из соседнего дома в бинокль смотрит.

Женские капризы, детские болезни, бабьи сплетни – весь набор семейного счастья.

– Ну и как? – ехидно спросил Чумаков, выбирая яблоки из компота. – Живешь полной жизнью? Счастлив?

– А ты? – в свою очередь спросил Оленев. – Если ты полагаешь, что женщина в доме – к несчастью, то для чего привел Ольгу?

– Она обратилась за помощью, я помог.