К востоку от полночи

К востоку от полночи

Олег Сергеевич Корабельников

Олег Сергеевич Корабельников – российский писатель-фантаст, лауреат премии «Аэлита» 1990 года.В сборник вошли повести «Несбывшееся, ты прекрасно!», «К востоку от полночи», «И небо как свиток», составляющие фантастическую трилогию.

К востоку от полночи

Олег Сергеевич Корабельников

© Олег Сергеевич Корабельников, 2023

ISBN 978-5-0055-4004-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Олег Корабельников

К востоку от полночи

Повести

Аннотация

Олег Сергеевич Корабельников – российский писатель-фантаст, лауреат премии «Аэлита» 1990 года.

В сборник вошли повести «Несбывшееся, ты прекрасно!», «К востоку от полночи», «И небо как свиток», составляющие фантастическую трилогию.

#социальнаяФантастика, #психологическаяФантастика, #советскаяФантастика, #психологическаяПроза, #философскаяПроза, #сказочныеСущества, #необъяснимыеЯвления

Художник Гога Тандашвили

© Корабельников О.

 С., 2021

Публикуется в авторской редакции

Корректоры Л. Иванова, И. Трофимова

Несбывшееся, ты прекрасно!

И пока наша совесть больна

(слава богу – не быть ей здоровой!) —

Мы не судьи с тобой. Мы – вина.

Это наше последнее слово.

Г. Н. Красников

1. Раннее утро

Не дождавшись утра, первой проснулась совесть. Она долго ворочалась, жалобно вздыхала, шепталась сама с собой, тоненько всхлипывала, и Чумаков, зная, чем все это кончится, притих, и закрылся с головой одеялом, стараясь думать о вещах веселых и приятных.

Он пытался убаюкать совесть, успокоить ее хорошими воспоминаниями, где он сам неизменно смотрелся в выгодном свете – красивый профиль, мягкий взгляд добрых глаз, бескорыстный жест сильной мужской руки, дарующей исцеление и избавление от мук. Ему не надо было напрягать воображение: все это легко всплывало в памяти – благодарные улыбки больных, счастливые лица любящих женщин, забытые обиды, прощеные долги, все то, что делало его жизнь не напрасной и могло бы оправдать многие ошибки и прегрешения.

Но эти уловки не успокаивали больную совесть, она страдала бессонницей, глухо стонала и то и дело колола тупой иглой в сердце. Чумаков нашарил на столе спички, чиркнул, вгляделся в циферблат часов и мысленно ругнулся. Долгая зимняя ночь не кончалась, солнце не собиралось всходить, и в окнах, выходящих в лес, – ни одного светлого пятна.