Операция начнется в подень

Во времена Андропова об этом и подумать не могли. Потом отдельно доложите, я накажу виновных.

Усольцев понятливо кивнул. Он внимательно ещё раз осмотрел поверхность, но ничего не разглядел, никаких записей на чёрном пластмассовом корпусе кассеты и, искоса посмотрев в сторону начальника, вставил её в магнитофон.

Загорелся экран телевизора, но изображения не было – одна мутная белесая рябь. Потом, словно из тумана, появилась улица, магазинная площадка, на которой произошёл захват, зазвучали голоса сотрудников. Кадры поначалу хаотично мелькали, изображение дёргалось, но потом всё наладилось.

Видимо, группа документирования заняла нужную позицию, укрепив видеокамеру на штативе. Было видно, что снимали из дома, примыкающего к магазину. Изображение сфокусировалось на санитарном уазике и сразу стало резким.

Кислицын знал, что именно хочет показать ему Усольцев – последний захват, проведённый отделом Шумилова. Но Леонид Петрович намекнул, что есть определённые нюансы, на которые он бы хотел обратить внимание начальника.

Им, этим нюансам, никто не придал значения – так, немного посмеялись. Но он, Усольцев, посчитал, что это не шутка. Вот и сейчас он с непроницаемым лицом присел в кресло и, взяв в руки пульт, принялся искать нужное место. Видеомагнитофон глухо завыл, с напряжением перематывая пленку, шуршавшую едва слышно и слегка потрескивавшую в металлическом брюхе аппарата.

– Старая кассета, – пояснил Усольцев, – у хозяйственников новых нет, пришлось старую использовать – того и гляди зажуёт.

Ага, вот!

На экране пошло изображение, предшествующее захвату. Вот Цыганков пошёл, прогуливаясь, к своей машине. Милицейский оперативник подаёт сигнал. Цыганков и его группа бросаются к торговцам оружием. Цыганков пытается применить захват, но неудачно, и перелетает через корпус одного из преступников.

На этом месте Усольцев нажал «паузу».

– Борис Иванович, – сказал он, не отрывая взгляда от экрана, – обратите внимание на это.

– И что? Я уже видел, – разочарованно заметил Кислицын, – неудачный захват.

Цыганков переволновался и недооценил противника, а противник оказался опытным. На его счастье, ему помогли, а то мог и пулю схлопотать.

– И всё-таки я хотел бы обратить на этот эпизод ваше внимание, – вкрадчиво продолжил Усольцев, и его крупное мясистое лицо приобрело то выражение хитрости, которое свойственно людям, считающим себя особо умными и проницательными, – мне кажется, он специально промедлил, дав подозреваемому лицу время для изготовки.