Операция начнется в подень

– Слышь, Матвей, ты чё замутил, на хрен тебе эта тёлка? Ты только свистни, я тебе полную хату ими набью, – сказал он своим обычным, сиплым от долгого курения голосом.

– Ты, Беспалый, много чего не вдупляешь, баб вокруг полно, но мне не нужны всякие бл…ди, мне нужна секретарь Плотникова.

Удивлённый Беспалый переспросил:

– И на кой тебе эта девка? У неё мужик на зоне…

– Её мужику мы поможем, – Матвеев достал из кармана пистолет ПМ, который он всегда носил с собой, и положил его в небольшой сейф, стоявший в углу кабинета, – а Настя нужна мне.

Она секретарь Плотникова. Сейчас начинается интересная тема, и мы должны знать, что будет делать этот лох вместе со своей шестёркой Геной. Девку я приручу, она будет как шёлковая, а свой человек нам в этом грёбаном заведении совсем не помешает. Ты, Беспалый, пока передай на зону, чтобы за её мужиком присмотрели, чтобы ненароком не завафлили.

– Всё сделаю, – кивнул Беспалый, и с его лица исчезла та легкомысленная понимающая улыбка, которая возникла в начале разговора.

 – Девка-то хоть ничего?

– Сгодится, вроде не крокодил.

Уральск, больница скорой медицинской помощи, 22 июня, 13.10

В середине июня солнце пригревало всё сильнее, уральская земля постепенно оттаивала, раскрывая свои недра благотворному теплу. Забелин распахнул форточку, и лёгкий воздух освежающими струями потёк в его прокуренный кабинет. Он узнал, что сегодня должны были выписать из больницы Виккерс, предложил Цыганкову поехать, встретить её у входа.

Однако Сашка заупрямился, ссылаясь на занятость, хотя две недели назад всё было наоборот, и Цыганков сам его уговаривал.

Забелин закурил, пустил струю дыма в форточку. Однако сизый дым, подгоняемый втекавшим навстречу воздухом, бесформенными клубами валил назад, распространялся по кабинету.

Он посмотрел на бумаги, лежавшие на столе небольшой стопкой. Ничего срочного: справки о встречах с источниками, текущие ШТ[7 - ШТ – шифртелеграмма.]. Острых мероприятий не было и пока не предвиделось, нечем было себя задержать и оправдаться за то, что не поехал в больницу.

С одной стороны, ему хотелось увидеть Риту, поговорить с ней, а с другой, он размышлял, будет ли это правильным, не вызовет ли негативной реакции – возможно, они были виноваты в её ранении в большей степени, чем думали сами.

Какое-то время он стоял и курил у окна, решая для себя, как быть. Вялая борьба мотивов была прервана появлением Цыганкова.