Невидимый рубеж. Книга первая. Операция начнется в полдень

Разговор начат в 22:23.

ЗАБЕЛИН. – Товарищ полковник, это майор Забелин.

ШУМИЛОВ. – Что случилось, Сергей?

З. – После встречи с Александром Виккерс была тяжело ранена, ее телохранители убиты.

Ш. – Что удалось установить? Каковы результаты поиска по горячим следам? Что сообщает милиция?

З. – Поиск результатов не дал. Машину обнаружили на одной из улиц в Сельмашевском поселке. Отпечатки есть, но чьи – вопрос.

Ш. – Следы вроде ведут к сельмашевцам? Но это слишком примитивно. Вероятно, сделано для того, чтобы сбить с толку.

З. – Я тоже так думаю. С наибольшей уверенностью можно сказать, что это дело рук Матвея.

Ш. – Что с Виккерс, она выживет?

З. – Думаю, да.

Ш. – Знаешь, ее надо охранять. Поезжайте к ней в больницу с Цыганковым и оставайтесь там на ночь. А утром я пришлю замену.

З. – Есть, товарищ полковник.

Ш. – Хотя нет, постой! Вы утром будете мне нужны. Я сейчас свяжусь с заместителем начальника ГУВД и попрошу выделить наряд милиционеров.

Пусть посидят у дверей. А вы давайте отдыхать.

З. – Есть!

Разговор закончен в 22:25.

Уральск, металлургический завод, кабинет генерального директора Генералова А. Н., 4 июня, 11:05

– Михаил Яковлевич, смотрите, какой большой завод, – сказал удивленно управляющий чековым инвестиционным Фондом «Согласие» Геннадий Бондаренко, бывший у Плотникова одним из самых доверенных лиц после Красовской.

Они ехали по огромной территории металлургического завода, сделали уже несколько поворотов вдоль длинных цехов из серых бетонных блоков, и все еще не доехали до административного корпуса.

– Да, Гена, кусок приличный, – согласился Плотников, которого Бондаренко пригласил на встречу с директором завода Генераловым.

Накануне Бондаренко рассказал Плотникову о желании Генералова купить крупный, а еще лучше контрольный пакет акций. Однако закон не разрешал менеджменту делать это напрямую, закон выделял им всего лишь жалкие пять процентов акций, а остальное отдавал на откуп людям с улицы.

И для того, чтобы заполучить реальную власть над предприятием, надо было провернуть операцию по обмену акций на ваучеры. Сделать это мог только человек, получающий приватизационные чеки от населения, то есть он, Геннадий Бондаренко.

Директор завода был деятелем старой закалки. Как и губернатор Медведев, он много раз избирался в руководящие органы областной партийной организации, был депутатом всевозможных советов.