Невидимый рубеж. Книга третья. Долиной смертной тени

– Думаешь, спецназ? – уточнил он.

– Нет, причем тут спецназ? – поморщился Роман на недогадливость приятеля. – Кто-то надыбал ствол, чуешь? Ствол не простой, не травматика, такой в магазине не купишь для переделки в боевой.

– Прикольно! – пробормотал Ковалев. – А ты что, уволок улику оттуда?

– Если что, я вернусь и найду гильзу на том же самом месте.

– Ты из-за этого не хотел приглашать Оксану?

– Ага!

Дмитрий хмыкнул: – Фокусник! Окей, гляну.

Он взял бумажную салфетку со стола, аккуратно закатал в нее гильзу и положил в карман рубашки.

После этого продолжил интересный разговор:

– Слушай, а пули в теле? Их же найдут и поймут, что там спецоружие применили.

– Пока они обнаружат, пока идентифицируют, – ухмыльнулся Песоцкий, – вы быстрее сработаете.

Они продолжили пить пиво, но былая безмятежность и расслабленность покинула их, словно нечто грозное и опасное повисло над столиком вместе с молчанием. Подняв голову вверх, Дмитрий рассеянно посмотрел на раскрытый над головой зонтик и вдруг представил его щитом от бедствий, грозящих им с Ромкой, по крайней мере, этим вечером.

Из-под этого щита уходить не хотелось.

Мимо изредка проезжали машины, чертя по асфальту светом фар, загадочные, замысловатые буквы. Из них, пожалуй, можно было составить сообщения, если бы Ковалев знал азбуку символов. Автомобилей на улице было мало – большинство уже покинуло центр Москвы и разъехалось по окраинам, а здесь остались немногие, напоминающие случайных прохожих, заблудившихся в переулках старого города.

Они проезжали и не мешали сидеть ему и его приятелю Ромке здесь, перед кафе за столиком, наслаждаться теплым летним вечером.

– Что вам принести? – вдруг услышал он голос официанта, оторвавший его от созерцательного раздумья. Но вопрос официанта оказался адресован не им. За соседним столиком сидела девушка, возле нее стоял официант и принимал заказ.

– Зацени девчонку! – прервал Рома установившееся молчание, которое, по всей видимости, его – говорливого и жизнедеятельного парня, – чрезвычайно угнетало.

Но Ковалев и без его слов заценил девчонку. Она была в летнем платье из просвечивающей ткани, сквозь которую белели контуры бюстгальтера и трусиков, но в этом не было ничего вульгарного – вся молодежь ходила так жарким летом. Девушка заказала мороженое с кофе-эспрессо, и в большой чаше официант принес три мороженных шарика: желтый, зеленый и розовый.