Невидимый рубеж. Книга вторая. Странники

Иван всегда четко различал субординацию, не зарывался, не фамильярничал. За это его Самошин и держал. Парень был абсолютно управляем, никаких выкрутасов от него ждать не приходилось.

Нижний Новгород, УФСБ РФ по Нижегородской области, кабинет начальника отдела борьбы с терроризмом подполковника Царькова, 1 марта, 9:05

– Куда они подевались, эти Странники, ума не приложу! – начальник отдела борьбы с терроризмом подполковник Царьков сокрушенно развел руками.

Он доложил Шумилову о проводимых розыскных мероприятиях, показал материалы дела, рассказал о мельчайших подробностях, известных ему самому и ставших теперь известными полковнику из Москвы.

Таким образом, к концу рассказа Царькова оба они владели одинаковым объемом информации.

– Коллеги из экономической безопасности помогают? – спросил Шумилов. – Я имею в виду связь с милицией, прокуратурой…

– Да, да, полная поддержка с их стороны. Начальник Управления поручил нам разбираться, – произнес Царьков с нажимом на слово «нам», – моему отделу, раз учения были по нашей линии.

Прокуратура курирует это дело, хорошо помогает. А ведет его сотрудник следственного отдела Управления.

– Хорошо, понял!

Шумилов поднялся, в раздумьях заходил по кабинету Царькова. Как всегда, верный своей привычки безукоризненно выглядеть, поднявшись поутру в поезде, он гладко выбрился, надел белоснежную рубашку, вычистил обувь и теперь являл образец делового человека, фото которого можно было бы поместить на обложку любого глянцевого журнала.

– Значит, никто ничего не видел. А камеры слежения там есть?

– Только на въезде, – ответил Царьков. – Они зафиксировали въезд «Газели», но выезда не было. Пассажиров при въезде совсем не видно. Я сам смотрел запись несколько раз. Охранники в будке тоже их не рассматривали. Сказали, что документы в порядке, а дальше они не интересовались. Может кофе, Николай Поликарпович?

– Давай! – согласился Шумилов, который прямо с поезда отправился в Управление и не успел позавтракать.

Он поставил свою сумку в углу кабинета, разделся, оставив утепленный плащ на рогатой вешалке.

Царьков включил электрочайник, извлек из тумбочки две кружки, банку с кофе и коробку конфет. Вскоре вода закипела, и они принялись пить растворимый кофе, имевший приятный запах, но совершенно безвкусный.

– Значит, охрана ничего не видела, не слышала? – осведомился Шумилов, отхлебывая из чашки кофейную жидкость. – Подозрительно это.