Проект «Мессия»

Представь, Эндрю, теперь целые страны-буржуи эксплуатируют более слабые и зависимые страны-пролетарии. И, казалось бы, нет надежды угнетенному рабочему-труженику ни на глобальном, ни на индивидуальном уровне…

– Слушай, Майкл, как ты можешь такое говорить, ведь ты вовсе и не пролетарий ни разу. Мы ведь с тобой, так сказать, с другой, с буржуйской стороны баррикад. Получается, что ты вроде как классовый предатель или перевертыш.

Замечание было брошено совершенно беззлобно и казалось вполне резонным.

Майкл слегка нахмурился. Он отвел взгляд в сторону, где на бархатном помосте танцевала стройная мулатка-гоу-гоу:

– А можно ли назвать предателем того, кто перешел со стороны зла на сторону добра? Лично я не согласен с такой постановкой вопроса. Но если исходить из твоей логики, то – да, получается, что я – предатель. Я предал зло и выбрал сторону добра. Я отказался быть угнетателем и встал на защиту угнетенных. И мне кажется, что это самое прекрасное предательство, которое только возможно совершить человеку в своей жизни!

Миша остановился и смочил горло своим любимым коктейлем с темным ромом и лаймовым соком.

– Ты вот сейчас, Эндрю, употребил отличное слово – «перевертыш». Ты знаешь, а ведь лучший идейный боец – это именно перевертыш, тот, кто переосмыслил собственную жизнь, сознательно отказался от нее и посвятил себя борьбе за изменение несправедливых порядков. Именно такие предатели-перевертыши и являются самыми эффективными, самыми пламенными и идейными борцами за лучшее будущее человечества.

Смотри, и Карл Маркс, и Фридрих Энгельс, и Ленин с Дзержинским не были пролетариями по рождению. Все они из дворян или богатых фабрикантов. И могли бы жить себе припеваючи, как вот ты сейчас. Но они осознали порочность системы, которая их породила, и восстали против нее во имя высшей цели и светлых идеалов. Потому что угнетатель, перешедший на сторону угнетенных, лучше, чем кто бы то ни было понимает свою природу и знает, как ей противостоять.

На некоторое время их разговор прервал официант, который принес новую порцию коктейлей.

– Вот скажи мне, Эндрю, кто сегодня лучше всего защищает права женщин? – Миша вопросительно взглянул на собеседника. Эндрю сделал неопределенный жест, означающий, что он не знает, но весь внимание. – Трансгендеры! То есть не женщины по рождению, а мужики, которые сами себе свои херы отчикали, от сути своей мужской отказались в пользу женской.