Территория

Медведи, какие-то глупые ножики.

– Это я так… – Баклаков покраснел.

– Да-да, – покивал головой Чинков. – Судя по всему, этот дальний маршрут то, что вам надо. Не так ли?

– Если прикажут.

– Идите спать. Мы с товарищем Монголовым примем решение.

– Слушаюсь, – сказал Баклаков. За два северстроевских года он привык, что с начальством не разговаривают, а отвечают на вопросы.

Баклаков отнес рюкзак в палатку, бросил на улице спальный мешок и, не раздеваясь, лег на него, закутал голову бязевым полотнищем палатки.

В глазах поплыла серая вода, катилось течение, и он заснул.

…Проснулся он оттого, что кто-то тянул его за сапог. Баклаков выпутал голову и увидел сидящего на корточках Куценко.

– Илья Николаевич требует, – прошептал Куценко. Из палатки вышел Монголов.

Чинков, похоже, так и не ложился спать.

– Владимир Михайлович! – окликнул он Монголова. Монголов, снимавший свитер перед тем, как идти к реке умываться, повернулся. – Я согласен с вашим решением отправить Баклакова в многодневную рекогносцировку, – громко и весело сказал Чинков.

Монголов ничего не ответил. Взял полотенце, зубную щетку, пошел к реке. Так же молча прошел обратно, мокрые волосы приглажены, вид свежий и аккуратный. Чинков, в овчинном своем полушубке, сидел у костра как татарский хан. Рядом переминался Баклаков.

– Сергей! Принеси карту Дамера. Вьючный ящик, четвертая папка, – приказал Монголов.

– Я не понимаю, зачем этот цирк? – сухо спросил Монголов, когда Баклаков ушел.

– Боялся, что вы будете возражать.

Решил поставить вас перед фактом. Не будете же вы ронять авторитет руководства перед юным специалистом. – Чинков весело улыбался. Белые зубы, глаза-щелочки. Татарин!

– Вы могли просто приказать.

– Тогда бы я взял на себя ответственность. А мне сейчас не нужны ЧП. Управлению не нужны ЧП, связанные с моей фамилией.

– Боитесь?

– Бог с вами, Владимир Михайлович. Оглянитесь. Вокруг вас «Северстрой». А я Чинков. Таких, как я, здесь не судят.

– Я знаю.

– Я не вурдалак. Мне ни к чему бессмысленный риск.

Особенно если рискуют люди, нужные мне.

– Зачем вам этот маршрут?

Чинков вовсе прикрыл глаза и с легким посапыванием стал шарить в карманах брюк. Вытащил легкий пакетик. На желтой бумаге крафт тускло светился золотой песок, Чинков пошевелил его пальцем.

– Смотрите, какая неравномерность, – ласково сказал он. – От мелких и средних зерен до пылевидного.

– Откуда?

– Намыл в верховьях вашей реки. У Куценко, знаете, редкий нюх.