День денег. Денежные рассказы

Страх и отчаяние все же победили, и Василию Сергеевичу удалось выбраться из комнаты, и вскоре он вскарабкался на гору из цветной бумаги, напоминавшей сугроб. От усталости он даже не стал сразу вставать на ноги, а уселся на вершине сугроба. Тяжело дыша, он схватил охапку бумаг. Это были денежные купюры. Впрочем, то, что это купюры, он увидел и понял раньше, когда открывал окно и карабкался по ним вверх. Но мозг в тот момент отказывался анализировать и был нацелен на спасение. Теперь же Василий Сергеевич думал, что кто-то очень сильно хотел его разыграть, навалив в его дворе кучу фальшивых банкнот.

«И кто теперь все это будет убирать?» – со злостью думал Новацкий, представляя, как он найдет шутников и заставит их убрать все до единой бумажки.

Отдохнув, он встал на ноги. Его взору предстала картина апокалипсиса. Буквально все пространство не только в его дворе, но и за его пределами было завалено цветными бумажками. С высоты сугроба были видны улица и соседский двор, и все они были завалены фальшивыми банкнотами.

Они летали в воздухе, лежали на крышах и в канавах дорог.

«Похоже, это не шутники», – подумал Василий Сергеевич и с трудом, покачиваясь и стараясь не упасть, подошел к тому месту, где должен был стоять его автомобиль. Видно было лишь небольшой кусок крыши машины. Новацкий наклонился и взял несколько купюр, только сейчас он заметил, что банкноты были все разные. У него в руках были с какими-то узорами. «Эти, наверное, индийские», – почему-то подумал Василий Сергеевич.

Растерянность, недоумение и невозможность объяснить происходящие все эти одинаковые понятия, охватившие рационалиста Новацкого, не давали возможности действовать. Спустя двадцать минут, сопровождающихся бессмысленным осмотром всего вокруг, похлопываниями себя по карманам и топтанием на месте, Василий Сергеевич подошел к забору, от которого осталось лишь сантиметров двадцать, и с трудом перешагнул через него. Он пошел в направлении железнодорожной станции. Так он делал всегда, когда не мог поехать на машине.

Но теперь он шел на автомате, в надежде найти ответ и спасение. Идти по купюрам было неудобно. Ноги то и дело проваливались или проскальзывали. Воздух был пропитан запахом типографской краски. Периодически Новацкий падал коленом на мягкий бумажный покров, но с упорством обреченного снова вставал и шел дальше. Дома по дороге тоже были завалены: где-то по окна, а где-то и под крышу. Людей на улице Василий Сергеевич не видел.