Рижский ноктюрн мечты

Цвета любви, верности и нежности. Все то, что я хочу ей дать.

Затем, бережно защищая букет от ветра, пошел к собору святого Екаба… Очень люблю улицу, которая идет от него вдоль Сейма к домам Трех братьев. Но сегодня я не смог любоваться этим уголком города – безумно хотелось, чтобы время шло быстрее! Я прогулялся к Пороховой башне, походил по лавочкам, где торгуют янтарем, ловя себя на одной-единственной мысли: думаю лишь о том, как то или иное украшение будет смотреться на Аните.

Купил ей кулон из желтого янтаря.

Немного поговорил с мастером, разложившим свои изделия на лотке на площади Ливов. Оказывается, в их семье уже семь поколений делают янтарные украшения. Мастер, худой латыш с длинным утиным носом и большими желтоватыми глазами, разговаривал будто нехотя, с сильным акцентом, я чувствовал, что мало интересен ему. Как, впрочем, и весь остальной мир. Что ж, подумал я, такие люди с настоящим вниманием смотрят лишь внутрь себя и на янтарь, с которым работают. Оттого и видят его красоту.

Наконец, уже можно позвонить, я нахожу в адресной книжке московского мобильного ее номер, набираю.

Соединения нет. Пробую снова и снова. Результат тот же. Черт возьми, в чем дело, что происходит?.. Смотрю на ряд цифр – код страны, потом собственно номер, вроде все правильно…

И вдруг – прошибает, как это ни банально звучит, холодным потом: записанный у меня номер состоит из семи цифр. Да, из семи, всего из семи, а рижские мобильные номера – восьмизначные! Получается, вчера, когда набирал на мобильном ее номер, пропустил, сам не знаю, как это вышло, одну единственную цифру.

Теперь эта цифра отрезала меня от Аниты…

Следующие два часа я занимался тем, что набирал на мобильном разные номера – дополняя семь имеющихся цифр восьмой в разных комбинациях. Тщетно… Большинство абонентов, к которым я попадал, просто говорили, что я ошибся. Но такими лояльными были не все – четыре раза меня обругали на русском и шесть – на латышском.

Я перебрал все комбинации цифр, для экономии денег купил местную телефон-карту, но до Аниты так и не дозвонился….

Получается, я сделал не одну, а еще больше ошибок, когда записывал номер – сказалась все-таки накопленная в московской гонке усталость…

Холодало, тепло первого дня сменил холодный, порывистый ветер.

Город-корабль попал в небольшой шторм. А я шел в этом ветре мимо готики Риги, не замечая ее, и искал Аниту. К вечеру ветер набрал силу, стал таким, что приходилось наклоняться вперед, чтобы продолжать путь.