Третья вода

В полумраке комнаты, наполненной ароматом чая из неведомых трав, с пляшущими по углам тенями, рассказывать то, во что сам не очень-то веришь, было легче. Слова лились неспешным ручейком, просочившимся сквозь плотину внутренних сомнений, и по мере того, как продолжалась эта исповедь, Дмитрий чувствовал, как пустеет то место в душе, где поселилось и укоренилось горе.

Когда Дмитрий закончил рассказ, старик долго молчал, с полуприкрытыми глазами, словно прислушиваясь к чему-то, слышимому только ему одному. Дмитрий молчал тоже, прихлёбывая остывающий чай.

И всё же Дмитрий заговорил первый, стронув повисшую тишину:

– Знаете, честно говоря, я ведь не верю во всё это. Рассказываю как будто про кого-то другого. Иногда мне кажется, что я это надумал себе сам, что всё это просто привиделось. Я даже ехать сюда не хотел.

– Да, да, – старик кивнул, будто и не ожидая другого ответа, но тут же вскинул на Дмитрия взгляд из-под кустистых бровей:

– А ведь приехал сюда. Зачем, коли не веришь?

Дмитрий не ответил, лишь пожал плечами.

Старик смёл ладонью какие-то крошки со стола.

– Эх, дружок, ко мне ведь только такие и приходят. Когда уже все средства исчерпаны и надежды почти нет. Когда осталось уповать только на чудо. Да вот только чудес без веры-то не бывает, нет. Чудеса требуют усилий. Для одних воскрешение Христа – чудо, а для других – просто сказка, которой тешатся набожные старушки. Один в каждой растущей травинке видит чудесную волю божью, а другому любое чудо сотвори, он ему всё одно какое-нибудь удобное объяснение найдёт.

Каждый волен сам выбирать. Вот и получается, что чудо зависит от нашего выбора, от наших усилий. Хотим ли мы, допускаем ли, что оно возможно в этом мире – чудо? Верим ли мы?

Старик поднялся со стула и, дойдя мелкими шагами до собачьей миски у порога, высыпал туда собранные со стола крошки. Потом вернулся, сел, посмотрел Дмитрию в глаза долгим испытывающим взглядом и сказал:

– Так что, сынок, чудеса требуют усилий. Иной раз думаешь: откуда силища такая у человека – захотел, и вот они существуют, боги и чудеса.

А не захотел – вроде, как и нет их. И ведь действительно нет их, в его жизни…

Помолчав, старик добавил:

– Только вот зло на земле существует независимо от того, верим мы в него или нет. Вера… это больше нам надо… Зло в нашей вере не нуждается. Ладно, сейчас ещё чаю принесу.

Дмитрий неспешно пил густой тёмный чай, тянул по чуть-чуть, смакуя терпкий травяной напиток.