Где же мы, где?

Вот, пожалуй, и всё, вряд ли Вам кто-то расскажет больше об этом месте. Ромадиус, может, добавишь что-нибудь?

– Да особенно и добавлять нечего, Вы всё рассказали. Аура здесь немного странноватая. Иногда промелькнёт что-то вроде искр, одна, другая, но не могу понять, что же это такое. Ну, ни на что не похоже. Там такое впечатление всего понемногу светлая магия, тёмная, жизнь, смерть и даже, хотя я могу ошибаться, чуть-чуть божественной сущности.

– Очень интересно! Ромадиус, не хочешь прогуляться до развалин? – Хесуса заинтересовал рассказ, – Махер, ты с нами? – пригласил он с собой купца.

– Нет, нет, нет, мне и без этих приключений не плохо. Я вас у повозок подожду.

– Дело твоё.

И троица, возглавляемая архимагом, зашагала к развалинам.

Подойдя к развалинам, Хесус остановился, чтобы внимательно их рассмотреть. Всё-таки это оказались развалины небольшого замка, сохранились фрагменты крепостной стены, арка ворот уцелела практически полностью, кое-что осталось и от донжона.

Хесуса заинтересовал материал, из которого был построен замок, он наклонился и поднял небольшой кусок. Чёрный матовый камень, довольно лёгкий, но прочный. Что-то знакомое крутилось в голове. Наконец маг вспомнил. Агрилак! Этот камень называется агрилак. Основной строительный материал для мобильных форпостов Межмировой Империи Кишт.

– Это развалины самого настоящего замка-форпоста киштян, – поражённо сказал он.

– Можно поподробней! Мы понятия не имеем, кто такие киштяне, – напомнила Лариэль.

– Давным-давно, сколько тысяч лет назад уже ни кто и не помнит, в одном из миров существовало государство, которое называлось Империя Кишт. Если сказать точнее, то весь этот мир и был одним большим государством. Империя Кишт была очень развитой цивилизацией, они достигли огромных успехов в магии, каждый второй киштянин имел врождённые способности к магии. В один прекрасный момент такой высокоразвитой цивилизации стало тесно, в их мире и было принято решение включить в империю другие миры.

Киштяне, как и любая развитая цивилизация, не были гуманистами, поэтому миры присоединялись, где убеждением, а где мечом и огнём. Они были убеждены в своей исключительности и поэтому мнение других их особенно не волновало. Редкие миры могли что-либо противопоставить империи. Хотя надо отдать им должное, миры под правлением Империи процветали. К населению покорённых миров они относились скорее покровительственно, чем свысока.