Адекватность

Хотя, это ты мне просто завидуешь. Тебе-то приходится для поддержания своего слабого тельца каждый день по несколько раз жрать всякое дерьмо, – усмехнулся Сол, кивком указывая на тарелку напарника.

Пип открыл рот, что бы ответить, но в этот момент помещения корабля-матки наполнились истошным визгом сигнала тревоги.

– А, чтоб им пусто было! Сволочи! Пожрать спокойно не дадут, – зашипел Пип, зло швыряя вилку и вскакивая, спотыкаясь об айка, – Чего разлегся? Не слышишь разве? А ну бегом!

Айк вскочил, изумленно клацнув челюстью.

Ему снился вкусный сон. Хозяин, вместе с Солом, уже выскочил в коридор и айк, помня свои обязанности талисмана, со всех ног бросился за ним.

* * *

– Ну, вот и все. Как будто только что с конвейера, – улыбнулся хирург, вспомнив истерику больного после операции, – Надеюсь, наш киборг освоился с новыми глазами?

– Да доктор, спасибо, – ответил Лакаскад, уже привыкший, что, после того случая, его все в госпитале в шутку зовут киборгом.

– Вот и отлично. Собирайтесь.

В приемной вас ждет новое направление и инструкции. А я вам желаю всего наилучшего и надеюсь, как врач с вами больше не увидеться.

Почти сразу, после ухода хирурга, дежурная сестра принесла новую форму. Других вещей у Барка не было, поэтому, одевшись, он сразу прошел в приемную.

– Как? Они не хотят вернуть меня в мою часть? – возмутился Томас, изучив предписание, после которого в нем смешались удивление, злость и обида, – Черт возьми! Чего они от меня еще хотят?! Я не собираюсь становиться подопытным кроликом.

Он хотел воевать с гранисянами. Хотел отомстить за Чагги и других парней, которые навсегда остались в пограничных провинциях. А вместо этого должен отправляться почти в центр Империи.

– Уж не хотят ли они сделать из меня штабную крысу или мирного труженика, – ругаясь, Лакаскад поплелся в зал отправления, решив для себя, что если понадобиться, он будет посылать прошения даже в Императорский Совет. До тех пор, пока его не признают годным для боевых действий.

Он будет. Он сможет.

* * *

Огромный угловатый штурмовик медленно разворачивался, видимо ловя беззащитную цель в перекрестие прицела боевого сонара. Полыхающее вокруг пламя окрашивало все происходящее багровым цветом. Майкл видел неминуемую опасность, но тело словно налилось свинцом. Руки и ноги едва повиновались ему. С трудом он развернулся, встречаясь взглядом с Соей. Плещущийся в ее огромных глазах страх полоснул Стингрея, словно острый клинок.