Убить отступника

То и дело раздавался цокот лошадиных копыт, гремели по мостовой неповоротливые крестьянские телеги и водовозки с огромными деревянными бочками, с грохотом, гиканьем и свистом проносились коляски лихих извозчиков и возки разудалых купцов, плавно, тихо стуча, проплывали рессорные экипажи состоятельных господ. За ними иногда бежали чумазые мальчишки и своры бродячих собак.

Сумрачный Боташев тяжело вздохнул и отошел от окна. Жизнь идет своим чередом, и никому нет дела до его переживаний. Месяц назад он покинул свою дивизию в Тульчине и приехал в Москву в отпуск.

Но вот из далекой Сибири пришло ужасное известие: его горячо любимого брата Михаила и его жену убили беглые каторжники. Слава Богу, ребенка не тронули. Душегубов ищут, но они словно испарились куда-то. Да и где их найдешь, если сибирская тайга непомерно велика, там не только добрая тысяча людей может затеряться, а целые страны, подобные Испании и Франции вместе взятым.

Матушка, батюшка, сестры – все они безутешны от великого горя. Василий успокаивал родных как мог, но разве можно было их утешить! Не дай бог что-то с ним самим случится, они же не переживут…

От этой мысли генералу стало не по себе.

Он поежился. Осторожным тихим шагом в комнату вошел камердинер. Вежливо произнес:

– Барин, завтрак готов-с, пожалуйте-с к столу. Барыня ждет-с.

Генерал кивнул. Подавленный и сумрачный он спустился в зал. Там, за накрытым столом, сидели его жена и две дочери. Далее последовал традиционный обмен приветствиями.

Поцелуи в щечку.

Чмок, чмок, чмок… Генерал немного просветлел: дети всегда утешают.

За столом прислуживали три лакея под присмотром дворецкого. Генералу поднесли омлет с ветчиной. Боташев отрезал ножом кусочек, подцепил вилкой, вяло пожевал: аппетита что-то не было. В последнее время резко ухудшилось здоровье. Он положил приборы на тарелку и отодвинул ее. Это означало, что обед он закончил. Генеральша, заметив этот жест, всерьез обеспокоилась:

– Дорогой, отчего ты не ешь? Заболел? Или, может, невкусно приготовили?

– Что ты, матушка, право не стоит обо мне так беспокоиться.

Блюдо приготовлено превосходно, просто аппетита нет. Да-с… Я, пожалуй, поднимусь в кабинет, а вы кушайте, кушайте на здоровье. Да, вот что… Скажи Маше, пусть принесет мне горячий чай, а листья для заварки пусть непременно возьмет из желтой коробки, той, что я привез из похода. Распорядись приготовить, Натали, не забудь.

– Хорошо, дорогой. Непременно.

Генерал поднялся в свой кабинет.