Приключение Марадуфу в Сибири. Фантастика

Внимательно осматривает избушку и размышляет вслух.

– Странные люди?! – говорит он, – Может у них так принято встречать гостей? А может у них такой обычай? Освободили мне избушку, чтобы я смог отдохнуть хорошенько с дороги… – Марадуфу улыбается, – Точно?! Я отдохну, а они потом придут, и мы познакомимся…

Он отставляет ружьё в сторону, поворачивается к столу и нюхает содержимое бутыля. Наливает себе в кружку суррогата и выпивает. Потом берёт в руки большой кусок мяса, откусывает, жуёт и одновременно качает головой от удовольствия.

– Ыы?! Как вкусно! – говорит он, – Вот это я понимаю, угощение, так угощение!

Он досыта наедается с дороги. Сбрасывает с себя всю одежду. Заползает на полати, укрывается одеялом, удобно укладывается и засыпает мертвецким сном.

17

А Ванька Лиса и Хромой тем временем уже врываются в таёжную деревушку. Ночь. Они орут, как погорельцы. Сами раздетые и босые. На их крики сбегается деревенский люд.

Следом на мотоцикле подъезжает участковый милиционер, Михалыч. Сам ростом метр с кепкой. Он глушит мотор, пробирается сквозь толпу в середину, расставляет в сторону руки и на людей кричит:

– Что за шумиха? А ну, говорите, чего расшумелись?

Охотники трясутся, друг на друга смотрят, говорить не могут. Хромой, кое-как заикаясь, выговаривает:

– Так ведь, это… к нам ночью Чисайна в гости пожаловал!

Участковый машет руками и плюёт на землю.

– Тьфу ты, ё-маё! – говорит он, – Жрёте там свой шмурдяк вёдрами! Как к вам ещё черти всем своим стадом не пришли?

Хромой смотрит Участковому в глаза и трясёт перед его лицом указательным пальцем.

– Ты так, Михалыч, не скажи! – говорит он, – Спроси у Лисы, коль мне не веришь!

– А, что Лиса? – кричит участковый, – Трезвенник, что ли? Поди, больше вас ещё выпил?

Старики на эту картину смотрят серьёзно, а молодёжь смеётся.

Ванька Лиса заикается и жестикулирует руками.

– Мы ужинали?! – говорит он, – Вдруг, кто-то стучит в окно?! Смотрим! – показывает руками Участковому в лицо, – А там?

Участковый отмахивается.

– Ну, ты, это… не машись так… – говорит он, – Что там?

– Чёрное лицо… во всё окно… – говорит Ванька, – Улыбается, гад!

Хромой перебивает разговор.

– Потом хруст снега… – говорит он, – Поступь тяжёлая. Человек так не ходит.