Мерзлая земля

Алиса поняла, что я ей тоже… Решили попробовать снова.

– Это же получается, что мы с тобой уже знакомы были на тот момент?

– Да буквально пару лет назад дело было.

– Что-то я не помню рядом с тобой никого такого…

– Насть, мы с тобой, конечно, друзья, но в личное друг к другу особо не лезем.

– Ты хотел наверно сказать, что это ты ничего не рассказываешь. Я-то с тобой постоянно всем делюсь, – укоризненным тоном произнесла она. – Если задуматься, то я тебя знаю только по работе…

– Ладно, твоя правда, – пожал плечами я.

– Так и что дальше? Вы снова сошлись, и где она тогда сейчас? Что случилось-то?

– С нами случилась слава и деньги, – улыбнулся я. – Мы быстро взошли на музыкальный Олимп и не выдержали всех тягот этой жизни. Через пару лет мы оба умерли от передоза в одной постели, и весь музыкальный мир запомнил нас навсегда…

Настя снова, на этот раз с особенной злобой, ущипнула меня за руку.

– Вот дурак, – возмутилась она. – Нет, ну надо так, а? То есть ты всю дорогу сочинял, да? Я тут уши развесила, уже хотела посочувствовать ему, а он…

Я лишь виновато улыбнулся.

– Ты действительно все придумал или хоть одно слово правды там есть? – спросила Настя.

– Кто знает, кто знает… – загадочно ответил я. – Может, перед тобой вообще моя проекция из потустороннего мира.

Она еще раз ущипнула меня. Сильно.

– Пошел ты в задницу, Макс, – сказала Настя. – Все, давай разворачивайся. Не хочу тебя видеть.

Я послушно отвернулся.

– Спокойной ночи, подруга, – сказал я.

– Пошел. Ты. В задницу, – последовал ответ. – Чтоб я тебя еще раз послушала…

– Ну тебе же понравилось?

Ответом мне послужил очередной щипок. В этот раз уже пострадала спина.

– Видимо, я переборщил с концовкой, – вздохнул я. – В следующий раз учту…

Настя промолчала, лишь недовольно цыкнула в ответ.

История не была ложью. Разумеется, кроме концовки. Однако Насте было ни к чему об этом знать. Реальность была куда более жестокой и прозаичной. Впрочем, как и всегда…

После плотного завтрака наше путешествие на снегоходе продолжилось.

Михалыч стал еще разговорчивее, чем до этого, и все расспрашивал меня о моей работе. Я же, в свою очередь, всегда был не прочь потрепаться о музыке и звукозаписи. Конечно, пришлось опустить всякие термины и тонкие технические подробности. Даже несмотря на это, я довольно быстро увлекся рассказом и щебетал аки соловей.

– Смотрите, – ткнул пальцем вперед Михалыч, оборвав меня на половине слова.