Красный след

– Но я не убийца, – все-таки закончил фразу Тимофей.

Караван-баши секунду подумал и сделал новое предложение:

– Хорошо, тогда просто найдите мне его. За это я тоже хорошо заплачу. Две номисмы. Новые, разумеется.

– Вот как? – вырвалось у Тимофея.

Иахим очень тихо присвистнул. И было с чего. Номисмами греки именовали золотые византийские монеты – безанты. Впрочем, в старом безанте золота давно уже было меньше трети, и золотым он назывался просто по традиции. А вот новая номисма – это двадцать карат чистого золота! Столько Тимофей обычно зарабатывал недели за две, если подворачивалась хорошая работа.

В крепости госпитальеров он получал меньше.

– А дальше я сам, – продолжал караван-баши. – Или еще кого-нибудь найму.

Он оглянулся на Иахима. Тот подтянулся, всем своим видом демонстрируя готовность резать глотки за столь щедрое вознаграждение.

– Я рад бы вам помочь, – сказал Тимофей. – Но я ведь мастер по боевым машинам, а не по ловле людей.

– Да-да, я помню, – караван-баши закивал головой.

 – Тогда, в крепости, убийцу ловил этот ваш молодой рыцарь. Но нашли-то его вы, мастер. Так найдите и этого. Вы сможете. Локерли уж какой ушлый тип был, а вы одним днем управились! День мы здесь точно проторчим, – он стрельнул глазами в потолок, одновременно наморщив лоб и что-то в уме прикидывая. – Надо будет, и два. Я оплачу все расходы. В разумных пределах, разумеется.

Тимофей тихо хмыкнул. Если соглашаться, то сейчас, пока изначально щедрое предложение не вошло в разумные пределы.

У баши с этим быстро, а деньги им с Карлом пригодятся. Иерусалим, по слухам, город далеко не дешевый. Да и бывшая танцовщица определенно не заслуживала такой участи.

– Я попробую, – сказал Тимофей. – Сделаю все, что в моих силах, но результат не обещаю.

– Да-да, я понимаю, – тотчас отозвался караван-баши. – Согласен. Вот, возьмите задаток.

Он вынул из рукава кожаный кошель и протянул его Тимофею. Кошель был маленький, но набит туго.

Тимофей взвесил его в руке и спрятал в карман.

– Хорошо, – сказал он. – Посветите мне.

Иахим снял с крюка лампу и подошел ближе. От нее едва уловимо тянуло горелым маслом. Надо бы ее почистить, но сейчас не до того. Тимофей вздохнул и склонился над телом убитой.

На Зинаиде были темно-красное платье с широкими рукавами – весьма приличное, призванное подчеркнуть, что ее хозяйка теперь не уличная танцовщица, а солидная дама, – и кожаные туфли.