Красный след

Уже изнутри он еще раз оглянулся наружу и закрыл дверь.

Дверь оказалась толстая, да и косяк выглядел прочным. Такую и тараном с ходу не одолеешь. Благообразный задвинул засов – это была металлическая полоса с палец толщиной – и громко, наверняка специально для постояльцев, заявил:

– Ну все, сюда он больше не войдет. Можно отдыхать дальше.

– Но как-то он вошел внутрь, – возразил Тимофей.

Благообразный оглянулся на дверь и пожал плечами.

– С улицы эту дверь не открыть, – сказал он. – Точно вам говорю.

Наверно, прошмыгнул с паломниками, – но тут же, сообразив, что эта версия бросает тень на здешнюю охрану, добавил: – Но вообще у нас с этим строго.

– Да, я заметил, – проворчал Карл.

– Простите, сэр рыцарь, – ответил благообразный, и в его голосе действительно прозвучала ровно одна нотка раскаяния. – Тут уж никак не уследить. Бывает и приличный человек так поиздержится в дороге, что на вид оборванец оборванцем. Вот как тот господин, что с вами путешествует. А бывает, сэр рыцарь, и наоборот.

По лицу не угадаешь. Но, как видите, если что, мы завсегда рядом.

Карл, как оказалось, это тоже заметил. На том и разошлись. Один только служитель, подобрав метлу, остался прибирать учиненный беспорядок. Время от времени он ворчал себе под нос, но его уже никто не слышал.

Охрана вернулась на свои посты, а постояльцы ушли вверх по лестнице. Карл сразу вырвался вперед, прыгая через ступеньку. На полпути запыхавшийся Тимофей его окликнул:

– Погоди, Карл! Куда ты так рванул?

Рыцарь чуть уменьшил прыть, чтобы Тимофей смог его догнать, после чего тихо ответил:

– Там же Орест один с письмом!

– Тьфу ты! А я-то подумал… Спокойно, Карл, более надежного сторожа сложно и представить.

Даром что слепой, а вора-то схватил первым.

– А потом упустил, – отозвался рыцарь.

Тем не менее по галерее они прошли спокойным шагом. Прохладный ветер обдувал их разгоряченные лица. У входа в клетушку Тимофей остановился подышать, прислонившись плечом к каменной колонне.

Та уже отдала накопленное за день тепло и теперь охотно забирала его у человека. Карл сразу шагнул внутрь. Из клетушки донеслось его негромкое, но полное досады восклицание. Тимофей повернул голову. Орест, подложив под голову походный мешок рыцаря, спал как младенец.

Он не проснулся даже тогда, когда Карл забрал свой мешок. Рыцарь первым делом проверил, не пропало ли письмо магистру. Оно оказалось на месте.

– Слава богу! – выдохнул Карл.