Бенвенуто

И тут я услышал в наушниках высокий голос нервно вскрикнувшего мужчины:

– Il est con ou qoi?[2 - Он совсем дурак, что ли? – Фр.]

У меня в мозгу тут же включился сигнал тревоги, и я стал соображать стремительно, в экстренном режиме:

– Кто это был, Катрин?

– Где?

Она тоже явно нервничала.

– Я слышал сейчас мужской голос. Кто находится рядом с тобой?

– Никого здесь нет.

– Не ври. Кто рядом с тобой? Я слышал своими ушами. Он назвал меня коном[3 - Очень распространенное французское ругательство, означающее в вольном переводе «идиот», «дурак».

Я реально разозлился и готов был на этом закончить разговор и отношения вообще.

Видимо, она почувствовала это и неохотно уступила моему напору:

– Это был Андрей? Никитин?

– Да.

– Дай ему микрофон.

– Его здесь нет. Я выгнала его из комнаты.

– Скажи ему, что я не кон. Поняла?

– Ладно, скажу. Но ты понял, что я тебе сказала?

– Нет, не понял. Это всё твои фантазии. Я не знаю, что такое ДСРИ. Ты просто стебешься надо мной.

– Нагугли! Я тебе потом перезвоню!

– Ладно, потом. А сейчас я хочу переговорить с твоим Никитиным.

– Перестань. Ревнуешь, что ли? Он не мой. Это всего лишь партнер, я тебе говорила, у нас нет ничего, кроме бизнеса. Мой мужчина – это ты, но я не могу создать с тобой семью. Ты женат.

– Это мы уже обсуждали.

– Да, я перезвоню тебе, будь умницей, проверь на «Гугле»…

Я набрал четыре буквы в поисковой системе и вскоре оторопело узнал много нового для себя.

Оказывается, еще в августе 2008 года по инициативе Николя Саркози, президента Франции, две вечно конкурировавшие между собой французские спецслужбы ДСТ (Direction de la Surveillance du Territoire – контрразведка) и РЖ (Services des Renseignements Generaux – внутренняя разведка) были объединены в одну секретную суперструктуру, которую французы и назвали Direction centrale du Renseignement Intеrieur – ДСРИ.

Находка

На самом деле эта история начинается шестью годами раньше, в августе 2004 года, в Провансе.

Хотя как сказать… Возможно, началом ее следует считать февральский день 1571 года, когда в осиротевшем после смерти Кровавого Ювелира доме флорентийский нотариус, составлявший опись его имущества, записал: «В вестибюле… портрет мессера Бенвенуто в ореховой раме…» (См. главу «Нотариальный акт 1572 года».)

Но все равно будем считать, что эта история началась с тех событий, которые мы пережили лично, были их свидетелями и можем все подтвердить.